Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье


Rambler's Top100

 

Новая стратегия России в Абхазии

Автор: Пресс-папье

В середине декабря в Сухуми в торжественной обстановке открыли филиал российского Фонда «Кавказский институт демократии». Презентовать новую стратегию России в отношениях с республиками Южного Кавказа в столицу Абхазии прибыл лично начальник Управления администрации президента РФ по связям с соотечественниками Модест Колеров. Местные наблюдатели связали это событие с переходом Москвы к новой политике по отношению к непризнанной кавказской республике.
Теперь очевидно, что после конфуза, произошедшего в 2004 году во время президентских выборов в Абхазии, Россия решила изменить свою тактику. В позапрошлом году Кремль, заранее сделав ставку на тогдашнего премьер-министра Рауля Хаджимба, до упора отстаивал эту кандидатуру, не признавая ее, да и своего проигрыша и, тем самым, привел ситуацию на грань гражданской войны в республике. Абхазия, доселе воспринимавшаяся, как территория, где воля Москвы приоритетна, оказалась совсем не такой податливой, как это представлялось ранее.
Основным источником сопротивления нажиму Москвы стал сформировавшийся в Абхазии институт гражданского общества, силу и влияние которого заранее никто не смог оценить по достоинству – ни кремлевские политтехнологи, ни вечно сомневающиеся западные эксперты. Это общество, в подавляющем большинстве своем никоим образом нельзя назвать антироссийским. Скорее, наоборот – Москву абхазы воспринимают, как единственного реального союзника непризнанной республики. Но в случае с президентскими выборами в РА, стало ясно, что быть «слепым проводником планов Кремля», местное гражданское общество не собирается. Там, где интересы абхазов противоречат взглядам Москвы, а в контексте президентских выборов, попытка Кремля навязать абхазам своего кандидата рассматривалась именно так, они всегда будут сопротивляться. Хотя и с запозданием, но Россия сделала «поправку на ветер» и со скрипом вышла из ситуации, с трудом сохранив лицо.
После выборов взаимоотношения Москвы и Сухуми вошли в прежнее русло, однако выборный катаклизм, безусловно, лег осадком в сознание абхазского общества. Если раньше, Россия воспринималась, в качестве единственного надежного союзника непризнанной республики, который предоставляет свое гражданство и паспорта, выдает пенсии жителям Абхазии и восстанавливает железнодорожное сообщение, то теперь, многие осознают, что у Москвы, помимо «пряника», всегда наготове и «кнут».
Теперь в тактику взаимоотношений Москвы и Абхазии, по всей видимости, внесены серьезные коррективы. Раньше вся гуманитарная, финансовая и прочая помощь России, направлялась в республику, непосредственно через руководство Абхазии. От тех, в свою очередь, требовалась стопроцентная лояльность к московской политике и воплощение в жизнь всех замыслов «Большого соседа». Однако выяснилось, что даже всецело подконтрольная Москве власть, не способна даже при ее собственном желании, обеспечить все прихоти патрона, так как решение задач упирается в наличие гражданского общества, о существовании которого раньше в Крмеле и не подозревали. Характерный пример прежней политики РФ – за двенадцать лет самостоятельного существования Абхазии, ни один российский чиновник или политик, посещавший республику, никогда не считал для себя важным встречу с представителями этого самого гражданского общества. В то время как в программе визитов в Абхазию делегаций различных западных стран и международных организаций, помимо встреч с руководством республики, в обязательном порядке значились встречи с неправительственными организациями и оппозицией.
Создав филиал «Кавказского института демократии», Россия решила обратить внимание на гражданский сектор. Куратор этой идеи – Модест Колеров – не стал изобретать велосипед, и в качестве модели деятельности «Кавказского института демократии» взял схему работы западных НПО. Кроме того, по замыслу, детище Колерова, должна подорвать в Абхазии монополию последних. Нынешним летом, М. Колеров, встречаясь в Сухуми с представителями местных неправительственных организаций, не скрывал своих планов и негативного отношения к роли финансируемых Западом НПО.
Местные нпошники были весьма обижены заявлениями российского гостя о том, что они являются в Абхазии «агентами западного влияния». Кстати говоря, и местная политическая элита придерживается аналогичных взглядов. Даже назначенный руководителем абхазского филиала «Кавказского института демократии», советник президента Абхазии по политическим вопросам Сократ Джинджолия считает, что за годы своей деятельности, местные НПО не дали повода усомниться в их патриотизме: «Руководители НПО – весьма известные и уважаемые в республике люди. Вся их деятельность прозрачна, и ни один их проект не выходит за рамки национальных интересов». Один из руководителей самой крупной неправительственной организации республики – «Центра гуманитарных программ» – Лиана Кварчелия придерживается такой же позиции: «Нас никто не может упрекнуть в предательстве национальных интересов. За многие годы, мы не взялись ни за один сомнительный, с этой точки зрения, проект. Кстати говоря, несмотря на то, что нашими донорами выступают западные фонды, мы весьма щепетильны к выбору, как партнеров, так и предлагаемых проектов».

После позапрошлогодних президентских выборов, отношение к Абхазии изменилось не только у Москвы, но и у международных организаций и стран Запада. По крайней мере, у этих институтов, созрело понимание, что абхазы имеют собственные интересы, и готовы их отстаивать, даже если они в корне противоречат взглядам Кремля. Характерно, что, если до выборов западные фонды в основном финансировали проекты так или иначе связанные с разрешением грузино-абхазского конфликта, то теперь сугубо абхазским проектам стало уделяться не меньше внимания. В этом году только по линии Евросоюза профинансированы гранты на развитие гражданского сектора Абхазии на доселе немыслимую по абхазским меркам сумму – 1,5 млн. евро. А на 2006 год ЕС запланировал увеличение финансирования в этой сфере почти вдвое. Это говорит о том, что потенциал гражданского сектора оценили и в Москве, и в Брюсселе.
Кроме того, позиция международных посредников в разрешении грузино-абхазского конфликта, стала более гибкой. Если раньше выводы и решения принимались, исходя исключительно из взглядов на проблему Тбилиси, то теперь наметился отход от прежних стереотипов. По крайней мере, Запад начал проговаривать возможность участия Абхазии в различных региональных проектах, допустимость торгово-экономических отношений республики с европейскими странами и многое другое. Пока об этом говорят «полушепотом», однако раньше и подобная мысль, считалась для абхазской стороны недопустимой роскошью.

Безусловно, на новое отношение России и Запада к Абхазии повлияли не только минувшие выборы президента, но и меняющийся «геополитический расклад» в регионе, а так же отношение к сложившемуся стереотипу непризнанных государственных образований. В этой связи, в Абхазии не скрывают оптимизма по поводу начавшегося процесса фактического признания Косово. Здесь считают, что США и западные страны склонные к предоставлению Косово независимости, сделав это, обязательно подтолкнут Москву к «ответным мерам воздействия». В частности, такой мерой может стать признание Абхазии.
Еще один фактор, который косвенно может повлиять на это – противоречия России со своим партнерами по СНГ – Украиной и Грузией, планомерно дрейфующих в сторону евроатлантических структур. Последнее ухудшение российско-украинских отношений вокруг изменения тарифов на российский газ, и выдвинутый Киевом контраргумент, связанный с военно-морской базой в Севастополе, а так же регулярные попытки Грузии отказаться от услуг российских миротворцев, могут привести к реализации худшего для Москвы сценария – выводу севастопольской базы и сворачиванию миротворческой операции в Абхазии. Если это осуществится, то военно-стратегическое влияние России на регион заметно ослабнет. В этой связи, Абхазия может быть более интересна России в качестве именно независимого государства. Во-первых, в республике можно будет вновь возобновить функционирование военно-морской базы в Очамчири (западная часть Абхазии – ПП), которая в когда-то играла весьма важную стратегическую роль в советской военной доктрине на Черном море. Во-вторых, учитывая, что после подписания в 1999 году Стамбульских соглашений, Россия обязалась вывести с территории Грузии все свои военные базы, в том числе, и из непризнанной Абхазии, Москва рискует, в случае упорства Тбилиси, остаться вообще без военного присутствия в этой части кавказского региона. Самостоятельно договориться с Абхазией о военном присутствии РФ возможно лишь в том случае, если Москва признает независимость Абхазии. Другого пути легализации своего присутствия здесь, очевидно, нет. И в этой связи, обреченность Абхазии быть «вечно непризнанным государством», видится, по крайней мере, из Сухуми, не столь в пессимистичных тонах.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте