Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье


Rambler's Top100

 

Официальный «черный» рынок и возврат к субсидиям

Автор: Пресс-папье

Из-за западных санкций против Ирана, экономическая ситуация в этой стране продолжает ухудшаться. Основной угрозой стабильности остается обесценивание иранской национальной валюты. Стоимость доллара США на базаре составляет 25000 риалов, в то время когда государство продолжает удерживать его официальный курс в районе 12500 риалов.
22 сентября иранский Центральный банк дал старт работе новой специальной валютной биржи, не имеющей аналогов в мире. Отличие этого учреждения от существующей биржи заключается в том, что оно будет покупать и продавать валюту по «уличному курсу». Точнее, цена на валюту будет устанавливаться на 2% ниже, чем существующая на базарах, что, по мнению Центрального банка, должно направить покупателей и продавцов валюты с улиц на биржу. Торговать валютой на бирже имеют право не все, а только те организации, которые осуществляют импорт «критически важных товаров» в Иран. Установленный в августе список «критических товаров» в сентябре был расширен: если в августе в него входили мясо, масло и высокотехнологичное оборудование, то сегодня в него включены товары, не представляющие жизненной важности для страны. Такие, как, например, принтеры для компьютеров.
Скорее всего, расширение списка товаров призвано удовлетворить требования той части иранской элиты, которая тесно связана с бизнес-структурами и не желает из-за ухудшающегося экономического положения в стране терять ни цента. То, что тесно связанная с властью богатая часть иранского населения не хочет ограничивать себя, очевидно: только за 6 месяцев текущего года в Иране было куплено на 30% больше автомобилей класса «люкс», чем в прошлом году. Общая сумма, потраченная на покупку таких машин, за шесть месяцев составила больше 340 млн. долларов США.
Однако с открытием новой валютной биржи Центральный банк, очевидно, столкнется с некоторыми проблемами, главная из которых связана с отсутствием доверия населения к власти. Даже тот, кто, по идее, должен выиграть от открытия биржи, по всей вероятности, отдаст предпочтение покупке и продаже валюты на «черном» рынке, с тем, чтобы избежать контроля государства над оборотом средств.
Многие в Иране ожидают большего ухудшения социально-политической ситуации, что будет вызвано исчерпанием средств Центрального банка и правительства для вливания в валютный рынок страны. Казавшаяся невероятной несколько лет назад возможность конфискации валютных средств у бизнесменов со стороны правительства сегодня выглядит не такой уж и невозможной. Очевидно, что в условиях сохранения санкций, государство будет всячески изыскивать валюту для импорта товаров первой необходимости.
Поразительным образом иранское государство стало официально принимать факт того, что государственный курс иранского риала – просто фикция. Фактором, закрепляющим такое положение дел, надо считать не только открытие новой валютной биржи, торгующей по уличным ценам, но и решение, принятое в иранском меджлисе 15 сентября. Экономическая комиссия иранского парламента одобрила предложение председателя комиссии об изменении порядка продажи валюты лицам, выезжающим за пределы Ирана. Глава комиссии Арсалан Фати Пур заявил: «Почему выезжающие из страны должны покупать доллары по официальному курсу, пусть покупают по рыночному. Наша обязанность продавать им 1000 долларов за 12 000 риалов за доллар может нас разорить. Пусть идут за долларами на базар».
Удивительно, но иранский парламент стал уже официально принимать решения, закрепляющие фиктивность официального состояния дел в финансово-кредитной системе страны.


В условиях быстрого роста доходов от продажи нефти в 2007-2009-м гг. правительство Махмуда Ахмадинежада предприняло существенные попытки сокращения субсидий, направляемых правительством в экономику. С введением системы предоставления пакетов социальной защиты и ростом зарплат правительство в 2009 году смогло сравнительно безболезненно и ограниченно отказаться от субсидирования цен на хлеб, молоко, бензин, воду и электричество. В итоге, с индексацией роста затрат через повышение зарплат и социальные пакеты уже в 2010 году правительство смогло сэкономить около 10 млрд. долларов, что получило высокую оценку, в том числе, международных финансовых институтов.
Однако сегодня многие в иранском истеблишменте считают, что государство должно вернуться к системе активного субсидирования цен на товары первой необходимости, так как у населения нет средств для достойного выживания в суровых условиях. Об этом заявил, в частности, 5 сентября спикер парламента Али Лариджани, добавив, что речь идет о тех товарах, которые «могут быть субсидированы естественным путем и безболезненно для бюджета».
Что имел в виду спикер иранского парламента, пока еще не понятно. Можно предположить, что под «естественным путем субсидирования» иранский спикер понимает пересмотр цен на товары, которые производятся в Иране и на предприятиях, так или иначе принадлежащих иранскому государству. В данную категорию товаров входит природный газ и электроэнергия, производимая либо на государственных ТЭС, либо на ГЭС. Очевидно, что государство сможет снизить цены как на электроэнергию, так и на природный газ, однако непонятно, как оно справится с ростом цен на хлеб, который на 64% производится из имопртируемой муки, а также на бензин, который импортируется в основном из-за рубежа. Сами крупнейшие импортеры бензина в Иран стоимость топлива снижать не будут, а будут требовать за него ту цену, которая образовывается на рынке. Но тут есть одно «но», которое мало кто учитывает: если 4 года назад основным импортером бензина в Иран были британская BP и ENOC из ОАЭ, то сегодня лидирующую позицию на рынке заняли китайская CNPC и индийская Reliance Industries. В группу основных поставщиков попала также малазийская компания Petronas, а из группы вышла российская компания Litasco (ЛУКойл), которая, по всей вероятности, решила избежать проблем с западными партнерами и ушла с иранского рынка нефтепродуктов.
Если посмотреть на компании - поставщики бензина в Иран, то можно увидеть, что все они из стран, с которыми Иран активно сотрудничает политически и экономически и которые неоднократно заявляли, что не собираются прекращать экономическое партнерство с Тегераном. Поэтому, возможно, субсидирование цен на бензин может быть достигнуто не только вливанием государственных денег в отрасль, но и за счет снижения цен на импортируемый товар путем налаживания неофициального механизма торговли нефтепродуктами. Такого, какой существовал в 80-х в отношениях Ирана и Индии, когда иранские порты грузили для индийских НПЗ дешевую нефть и разгружали дешевый бензин, производимый на тех же НПЗ. Эта система носила условное название «нефть в обмен на нефтепродукты» и сглаживала проблемы, вызванные отсутствием у Ирана необходимых для экономики нефтеперерабатывающих мощностей.
То, что Иран активно создает «черный» рынок нефти, уже является фактом, который признают сами иранские власти. 18 сентября руководитель Ассоциации экспортеров нефти, газа и нефтехимической продукции Хасан Хосроджерди заявил, что участники его ассоциации уже подписали с Иранской национальной нефтяной компанией контракты на «экспорт значительных объемов нефти». По его словам, ассоциация уже нашла покупателей на 4 млн. баррелей нефти, но в дальнейшем объемы продаж резко возрастут. Ни Хосроджерди, ни официальные источники не заявляют, куда же нефть экспортируется. Очевидно, покупатели останутся неизвестными и в дальнейшем. Пока можно сделать предположение о том, что покупателями могут быть китайские и индийские компании, которые на протяжении десятилетий имею опыт внерыночного сотрудничества с Тегераном. Можно с полной уверенностью сказать, что иранский черный рынок нефти полностью контролируется государством, так как операции по продаже и транспортировке через Ассоциацию экспортеров напрямую страхуются Центральным банком Ирана.

В условиях кризиса Иран столкнулся с еще одной трудностью – недостаточная мобильность в принятии решений. Когда ситуация в стране была стабильной, то никаких проблем система управления страной не создавала. Однако сегодня, когда каждый регион Ирана сталкивается со своей уникальной проблемой, отсутствие быстрого механизма принятия решений на местах дает о себе знать. Отчетливо это стало понятно в августе, когда из-за засухи в провинции Мазандаран погибло до 20% урожая. Ничего странного в этом не было бы, если б в Тегеране просьбу властей провинции об отпуске дополнительной воды из водохранилищ не обсуждали 25 дней.
Если раньше потери от отсутствия эффективной системы государственного управления возмещались огромным государственным бюджетом, компенсирующим гражданам потери от таких, как мазандаранский, случаев, то сегодня государственный бюджет тянуть огромную социальную ношу больше не может.
Во многом по причине кризиса, в Иране начали активно обсуждать конституционную реформу, призванную децентрализовать, по крайней мере, экономическую политику страны. Автором такой идеи выступил Мохсен Резаи – бывший руководитель Корпуса стражей исламской революции, а ныне секретарь Совета по определению целесообразности принимаемых решений. Резаи в сентябре поднял этот вопрос дважды – в первый раз в парламенте, во второй – на встрече с профессорами иранских вузов. Позиция Мохсена Резаи, с экономической точки, зрения ясна – иранские провинции должны иметь полное право принимать срочные экономические решения, а отчитываться перед правительством они должны исключительно по макроэкономическим вопросам. Более того, часть бюджета провинций, которая формируется за счет налогов, собираемых из самих провинций, должна находиться под полным контролем местных властей.
С политической точки зрения, Резаи, скорее всего, желает получить поддержку властей иранских провинций на президентских выборах 2013 года, в которых он может принять участие в качестве кандидата от умеренно-консервативных сил. Однако многие депутаты, не имеющие отношения к Резаи, подхватили его идею о том, что «Иран до Реза шаха Пехлеви всегда был федерацией и хорошо выживал». Очевидно, что идея федерализации страны имеет широчайшую поддержку со стороны провинциальной иранской элиты. В сентябре группа иранских депутатов начала сбор подписей в поддержку принятия пакета изменений в существующем законодательстве в пользу расширения прав органов местного самоуправления, а также аппарата руководства провинциями.
Может быть, с экономической точки зрения принятие такого рода решений будет выглядеть вполне рациональным. Однако тут вопрос в другом: никогда раньше ни один иранский политик не осмелился бы заговорить о федерализации Ирана, так как такая перспектива – серьезный вызов всему существующему строю, руководимому из Тегерана и Кума. То, что происходит сегодня, является результатом глубокого экономического кризиса в стране, который обнажил целый ряд слабостей иранского строя. С каждым новым днем кризиса и ухудшения социального положения населения иранская власть будет сталкиваться с новыми и новыми политическими вызовами, отвечать на которые будет все труднее и труднее.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте