Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье

Центр Актуальных Исследований "Альтернатива"
Rambler's Top100

 

Иран и Египет: основы для сближения

Автор: Пресс-папье

Начавшаяся в Египте острая фаза политического кризиса еще раз высветила проблему стабильности в этой стране, а также ее актуальности в региональных процессах на Ближнем Востоке и в Северной Африке. Переживающий нелегкие времена режим «Братьев-мусульман» в Египте находится в активных поисках региональных союзников, которые помогли бы ему удержать власть и установить контроль над государством.В качестве одного из таких союзников суннитские «братья» удивительным образом склонны воспринимать шиитский Иран, который тоже не прочь более активно включиться в египетскую политическую жизнь и помочь правящей элите сохранить власть.
Визит иранского министра иностранных дел Салехив Каир и его переговоры с президентом страны МохамедомМурси 10 января стали одним из центральных событий в ирано-египетских отношениях последнего времени. Правда, сам египетский лидер посетил Тегеран в конце августа 2012года, но этот визит был приурочен к саммиту Движения неприсоединения, во время которого Мурси выступил со скандальной антисирийской речью, которая в Тегеране –союзнике Дамаска – вызвала бурю негодования.
Теперь же для обсуждения сирийской тематики официальный визит в КаирнанесСалехи. И, в отличие от августа, нынешняя официальная информация из офиса Мурси касательно сирийской тематики, обсужденной с иранским министром, отличилась крайней осторожностью и сбалансированностью. Более того, Иран и Египет фактически сошлись на том, что внешнего вмешательства в сирийские дела бытьне должно, а такая позиция идет вразрез с точкой зрения региональных «союзников» Мурси – режимов Саудовской Аравии и Катара.
То, почему Иран пошел на сближение с Египтом, понятно. С одной стороны, Тегерану выгодно вывести Каир из сложившейся антииранской коалиции арабских стран. С другой, «Братья-мусульмане» пока еще являются активным участником политических процессов на Ближнем Востоке и их активный нейтралитет в Сирии на руку Ирану. Важным, по сути, является другой вопрос: что заставляет МохамедаМурси идти на сближение с Тегераном? Причин томунесколько, среди них выделяются внутренние и внешние.
Сначала о внутренних проблемах.Рост давления общества на правительство Мурси нарастает с каждым днем, и уже стало очевидным, что угроза элите исходит не от разрозненной и слабой египетской демократической оппозиции во главе с непопулярными среди народа лидерами (например, Мохамедом аль-Барадеем), а от бедноты, составляющей подавляющую часть египетского населения. Среди этой части общества на протяжении двухпоследних десятилетий большой популярностью пользовались именно «Братья-мусульмане», которые воспринимались не столько как исламисты, сколько как люди, которые будут работать на пользу и благосостояние народа и вести бескомпромиссную борьбу с коррумпированной элитой, ориентированной на Запад.
Сейчас же ситуация резко изменилась: страна увязла в социально-экономическом кризисе, с Западом Мурси ведет активный диалог – не хуже, чем ненавистный бедноте ХосниМубарак, а про создание исламского государства, основанного на принципах социальной справедливости речи в помине нет. Все это направляет бедноту не только на улицу и митинги, но и в сторону более радикальной исламской группировки – салафитов. Последние, контролирующие почти треть египетского парламента, в отличие от «Братьев-мусульман»,являются силой радикальной, антизападной, стремящейся путем репрессий и насилия превратить Египетв исламское государство, в котором не будет места ни коррупции, ни диалогу с ненавистным Западом. Салафиты сегодня находятся в неформальном союзе с Мурси, однако с каждым днем набирают силу и влияние в стране: то, что они в конце января заявили о своей готовности заменить собою армию по налаживанию внутреннего порядка, говорит об их реальном потенциале и влиянии в Египте.Но что не менее важно, так это то, тосалафиты– непримиримые противники шиитов, которые с ненавистью относятся, как к египетской ничтожно малой шиитской общине, так и к Ирану. Один из лидеров салафитовГамал аль-Маракбинеоднократно заявлял, что главным врагом Египта и мусульман является не Израиль, а Иран. Именно этим решил воспользоваться Мурси для того, чтобы привлечь на свою сторону Тегеран. Иранцев и «Братьев-мусульман» друг к другутолкают именно салафиты, а борьба с ними может стать основой крепкого союза между Тегераном и Каиром.
Крайне интересным представляется и формат совместного ирано-египетского сотрудничества по противодействию салафитам. Самым, на наш взгляд, важнымсобытием ирано-египетских отношений стал визитприбывшего в Каир вместе с министром иностранных дел Салехи главы иранских сил аль-Кодс (часть Корпуса стражей исламской революции, отвечающая за внешние силовые операции) генералаКассемаСулеймани – легендарной личности,которую считают главным организаторомвооруженных сил шиитов в Ираке после его оккупации американцами в 2003 году.
Сулеймани провел переговоры с советником президента МурсиЭссамомэль-Хаддадом, с которым обсудил перспективу сотрудничества между иранскими и египетскими силами безопасности.
Информацию о поездке Сулеймани и о его встречах распространили британские СМИ со ссылкой на источники в британской разведке, которая основной тематикой переговоров иранского генерала с египтянами назвала оказание ИРИ помощиЕгиптув организации национальных сил безопасности, которые смогут взять ситуацию в стране под контроль.
Особого внимания заслуживает реакция салафитов на приезд иранской делегации в Каир. Накануне приезда Салехи и Сулеймани в Египет они организовали крупную антииранскую конференцию на тему положения дел в иранской провинции Ахваз, где проживают арабы, преимущественно мусульмане-сунниты. Несмотря на то, что организатором форума выступили салафиты, ее посетили также представители египетской демократической оппозиции и светские ученые, отличающиеся прозападной ориентацией и стремящиеся не «светиться»на «салафитских» мероприятиях.Это заставляет задуматься над тем, насколько конференция была исключительно салафитской и не приложили ли руку к ее организации западные структуры.
Следует отметить, что сама иранская пресса и МИД охарактеризовали конференцию как однозначно провокационную и организованную внешними силами. Однако немаловажным является то, что данное мероприятие посетил советник президента Мурси, известный салафитский лидерЭмад Абдель Гафур, который выступил с тезисами о расчленении Ирана и создании на его территории независимого арабского суннитского государства. Поведение и речь Гафура – фактически, плевок в лицо Мурси, который почти параллельно проводил с иранским министром встречу по вопросам, представляющим обоюдную важность. Между тем, иранская сторона при освещении конференции обошла стороной речь Гафура, чтобы не повредить активной информационной кампании по созданию образа Мурси – друга и союзник Ирана. Даже слова последнего о необходимости создания общеарабских вооруженных сил в иранской прессе освещаются удивительно спокойно, а временами просто цинично: «Мурси сам в это не верит, а просто посылает комплименты саудитам, которые грезят о таких войсках».
Говоря о внешних причинах возможного улучшения ирано-египетских отношений, надо обратиться, прежде всего, к двум странам: Сирии и Саудовской Аравии. В первой режим показывает удивительную жизнестойкость, которая, теоретически,рано или поздно может привести к разгрому вооруженных сил оппозиции и наемников и, следовательно, установлению контроля над территорией страны. Для египетского правительства этот сценарий сегодня как никогда выгоден, так как и Мурси, и «Братья-мусульмане» видят и понимают, кто выиграет от падения режима БашараАсада – Турция и поддерживаемые из Саудовской Аравии салафиты. И если Анкара поддерживает оппозицию и вооружает ее, имея до сегодняшнего дня не вполне понятные ожиданияв плане преференций в постасадовской Сирии, то Саудовская Аравия вынашивает свой собственный политический проект – основать в Сирии радикальную салафитскую власть, которая будет отражать волю и идеологию самого саудовского режима.
Такая перспектива для «Братьев-мусульман» равна полному и безоговорочному уходу из Сирии, в которой их «дочка» – «Хамас» – перестанет играть какую-либо роль в будущих политических процессах и потеряет важную, с точки зрения борьбы с Израилем и палестинской «Фатх», базу. Удивительно, но факт: сегодня у «Братьев-мусульман» в Сирии и Египте одна и та же угроза – салафизм и Саудовская Аравия.И если египетским «братьям» не удастся сохранить контроль над страной, то власть,в конце концов, перейдет ксалафитам, которые, будучи готовымипотопить в крови любую оппозицию и могущими стабильно получать многомиллиардную помощь со стороны Саудовской Аравии, ее уже вряд ли когда-либо уступят.
Таким образом, сегодня и Иран, и «Братья-мусульмане», фактически, оказались «в одной лодке», в которой они и вынуждены грести к безопасному берегу. А это есть не что иное, как хороший базис для установления тактического союза, призванного решать текущие, но жизненно важные вопросы для обеих сторон. Насколько стороны пойдут на фундаментальное сближение, покажет время, а пока можно отметить, что 6-7 февраля иранский президент Махмуд Ахмадинежадгоститв Каире, и это первое посещение Египта иранским лидером за последние 35 лет.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте