Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье

Центр Актуальных Исследований "Альтернатива"
Rambler's Top100

 

Спасительный «серый»

Автор: Пресс-папье

Несмотря на имевшиеся у части международного сообщества надежды на прорыв в диалоге между Тегераном и «шестеркой» по иранскому «ядерному досье», стороны к соглашению так и не пришли.
Такой исход очередного раунда переговоров отложил снятие с Ирана санкций по экспорту нефти. 7 апреля, на следующий же день после оглашения факта провала переговоров, иранский риал обесценился по отношению к доллару сразу на 5%. Факт этот отчетливо показывает, что зависимость экономической ситуации в стране от продажи нефти за рубеж остается существенной, а попытки правительства диверсифицировать структуру экспорта привели лишь к ограниченно положительным сдвигам.
Сегодня одним из самых проблемных вопросов является достоверность информации об объемах экспорта иранской нефти. Иранская национальная нефтяная компания говорит о ее увеличении, международные же структуры утверждают обратное. Опубликованный в начале апреля последний отчет ОПЕК по нефтедобыче в мире указывает на то, что в течение марта ежедневная средняя добыча сырой нефти в Иране составила 2 675 баррелей, что является рекордно низким показателем с 1988 года. Для наглядности картины падения добычи отметим, что в марте 2012-го ИРИ произвела 2 970, а в марте 2011-го – 3 600 баррелей. Тем самым, фактическое сокращение производства нефти в стране, начиная с периода введения международного нефтяного эмбарго, составило около 25%, что нанесло серьезный удар национальной экономике.
Однако надо отметить, что доклад ОПЕК опирается исключительно на статистику, «половинчато» (ниже объясним почему) отображаемую иранским министерством нефти, а также на соответствующую статистику международных площадок, на которых и продается иранская нефть. «Серый рынок» нефти, созданный иранской стороной, никаким статистическим анализам не поддается. Таким образом, есть шанс, что объемы производства и экспорта ненамного, но все же выше тех, которые отображает ОПЕК. «Половинчатой» статистику иранского министерства нефти можно назвать потому, что на протяжении последних месяцев иранское правительство перестало публиковать цифры по «сырой нефти», а вместо этого издает отчеты по суммам экспорта «нефтехимической продукции».
В последнем отчете министерства нефти, представленном заместителем министра Абдолхоссейном Баратом в начале апреля, вместо «производства» используется словосочетание «потенциал производства», который за год вырос на 13,2 %. Такая интерпретация статданных позволяет иранской стороне замалчивать истинное положение дел в сфере добычи и экспорта нефти, что вызвано несколькими факторами. Во-первых, это легитимизирует «серый рынок» и не вызывает вопросов о несоответствии международной и национальной статистики. Во-вторых, накануне президентских выборов такой подход лишает критиков правительства одного из козырей при обсуждении эффективности работы властей.
То, что население страны сегодня живет хуже, чем несколько лет назад, признают в самом правительстве, а также в среде духовенства. Так, например, влиятельный иранский религиозный деятель и представитель Али Хаменеи в Корпусе стражей исламской революции Али Саиди 8 апреля заявил, что из-за ухудшающихся социальных и экономических условий население страны во время президентских выборов в июне может устроить беспорядки. Эти слова касаются не только политических кругов, но и этно-конфессиональных, которые используют ухудшающееся социальное положение граждан и государства для критики национальной и религиозной политики властей, рассчитывая на широкую поддержку недовольных масс. В частности, во время пятничной молитвы 12 апреля глава суннитской общины города Захедан, находящегося на границе с Пакистаном, Мовлана Абдолхамид сначала раскритиковал экономическую политику руководства страны, а потом обвинил власти в притеснении суннитов и отказе от строительства суннитских мечетей. Вольность, невозможная 5 лет назад, в пору экономического благосостояния!
Уже очевидно, что ни до выборов, ни сразу после них правительство, в особенности, с учетом «уходящего» положения Махмуда Ахмадинежада, ни социальных, ни экономических проблем ИРИ не решит, так как они, как ни крути, связаны с нефтяным эмбарго, полностью обойти которое никак не получается.
Несмотря на сложное положение Ирана, определенные успехи в его нефтяной сфере все же есть. В их числе можно отметить увеличение объемов добычи нефти на месторождении «Дехлоран», которое эксплуатируется совместно с Ираком. Это один из редких нефтяных объектов, на котором фиксируется рост добычи, что вызвано грамотным использованием иранцами географии месторождения для организации «серой» схемы экспорта сырья. Речь идет о том, что через данное месторождение, очень скудное (согласно иранским данным двухлетней давности) в Ирак, а оттуда – на международный рынок, по всей вероятности, экспортируется иранская нефть из других мест.
Другим успехом Ирана является то, что в марте, после долгого перерыва, в иранские порты в Персидском заливе зашли китайские нефтяные танкеры. Пекин довольно долгое время избегал прямого импорта нефти из Ирана, так как страхование нефтеперевозок осуществляется международными компаниями, которые единогласно приняли решение не страховать транспортировку иранской нефти. Возвращение китайцев в иранские порты самими иранцами трактуется как положительная реакция Пекина на создание системы иранского страхования нефтеперевозок. Однако немалую роль в возврате сыграло потепление в ирано-китайских отношениях, вызванное, среди прочего, попытками обеих государств спасти режим Асада в Сирии и не допустить иностранной интервенции в эту страну.
Признаком возвращения Китая в Иран является также участие двух китайских компаний в модернизации Абаданского нефтеперерабатывающего завода. Стоимость проекта составляет 2,6 млрд. долларов США, а его реализация приведет к сокращению объемов импорта бензина (в основном, из Индии, к усилению позиций которой в ИРИ Пекин относится с явной настороженностью).
Что касается Индии, то последняя в конце марта еще раз заверила Тегеран в том, что не намеревается сокращать объемы импорта иранской нефти. Более того, по словам секретаря индийского министерства нефти и газа Вивека Раи, Индия намеревается мобилизовать государственные и частные финансы на создание собственной корпорации, занимающейся страхованием нефтеперевозок из Ирана на свою территорию. Это очередная и явная попытка Дели заполнить внешнеэкономический и финансовый вакуум, образовавшийся в Иране после введения международных санкций и ухода из страны крупных европейских и юго-восточных (Малайзия, Сингапур) инвесторов.
Активизация Индии в Иране для многих стала неожиданностью, так как считалось, что после начала строительных работ по сооружению газопровода Иран-Пакистан индийская сторона свернет контакты с Тегераном, который стремится обеспечить энергетическую безопасность регионального соперника Дели – Исламабада. Однако привлекательность иранского нефтяного, торгового и транспортного секторов для индийцев настолько очевидна, что они портить отношения с Тегераном из-за строительства одного газопровода уж точно не будут.
Так или иначе, но «в сухом остатке» успехи иранской стороны скромнее ее потерь, что может отрицательно сказаться и на внутриполитической стабильности в стране, в которой увеличивается масса недовольных и критиков властей. А ближе к выборам эта картина будет лишь усугубляться и действующим властям страны необходимо что-то придумать, чтобы переломить ситуацию в столь ответственный период.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте