Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье

Центр Актуальных Исследований "Альтернатива"
Rambler's Top100

 

Саломэ Зурабишвили: «Идею создания антитеррористического центра я не проваливала» (за 10.05.2013)

Автор: Анна Кевхишвили

В беседе с корреспондентом «Сакартвело и мсоплио» бывший министр иностранных дел Грузии Саломэ Зурабишвили рассказывает о событиях последнего времени.
«Сакартвело да мсоплио»: - 19 апреля на митинге, состоявшемся в Тбилиси, некоторые лидеры «Национального движения» (бывшая правящая партия – ПП) заявили о том, что говорить о кончине «Национального движения» рано и «с сегодняшней акции начинается новое национальное движение, которое не будет основано на ненависти» и т. д. Какова Ваша оценка этих заявлений, считаете ли Вы возможным, чтобы «Национальное движение» в обновленном составе, но с той же идеологией снова вернулась к власти?
С. З.: - Думаю, мы имеем дело с обреченной попыткой: если позавчера «Национальное движение» устанавливало монополию на власть и, как мы убедились, на прозападную ориентацию тоже, теперь пытается узурпировать оппозицию. И пока не состоятся новые парламентские выборы, другой парламентской оппозиции (у нас) не будет, что само по себе весьма прискорбно, как для «националов», так и для правящего большинства, поскольку это означает, что у народа нет избранной им реальной и поэтому подотчетной ему оппозиционной силы. Этот момент является решающим, когда мы говорим о коабитации (сосуществовании новой и старой власти – ПП). Эта неопределенность отвратила людей от самого термина «коабитация», которая возможна только при участии второй оппозиционной, избранной народом силы, или при наличии двух сил, почти поровну делящих между собой голоса избирателей.
«Сакартивело да мсоплио»: - В одном из телевизионных интервью Вы вспомнили детали встречи с Лавровым (глава российского МИД – ПП) и рассказали, как предупредили его о том, что вашу беседу слово в слово передадите американским партнерам. В российских средствах массовой информации тогда же писали о том, что после завершения встречи Лавров в узком кругу сказал: «Лучше, если я с американцами буду говорить напрямую, без грузинских министров-посыльных». После этого у вас встреч больше не было... Может быть, действительно, было бы лучше, если бы российско-грузинские отношения строились непосредственно двумя государствами, без удовлетворения любопытства иностранных партнеров?
С. З.: - Я об этом ничего не знаю, мне известен только факт того, что состоялись переговоры, и это принесло результаты по всем пунктам. Считаю этот факт очень интересным прецедентом для наших будущих отношений, чтобы история этих переговоров была понятной, поскольку много всяких пересудов. Видимо, необходимо уточнить кое-какие детали.
Первое, насчет связи со Стамбулом. На стамбульском саммите Леван Микеладзе внес значительный вклад в переговоры между Западом и Россией по вопросам военных баз. Была принята Стамбульская декларация, хотя проблема снята не была, так как сразу же после ее принятия русские заявили, что у них не было обязательств, и это было лишь подведение общих итогов, а не подписанное юридическое соглашение о выводе войск, которое возложило бы на них какие-то обязательства. Попытки американцев с 1999 до 2005 года продвинуться в этом вопросе в рамках ОБСЕ оказались безрезультатными. Также безрезультатными были довольно скромные попытки грузинской стороны.
Ситуация изменилась после «революции роз». Тогда решение этого вопроса получило новый импульс. Несмотря на мое назначение на пост министра иностранных дел, в начальный период эта тема не входила в мою компетенцию. Президент передал ее сначала Мерабишвили (экс-министр внутренних дел – ПП), а затем за нее взялся Жвания (бывший премьер-министр Грузии – ПП), хотя из-за скандального внутреннего инцидента в январе 2005 года этот вопрос вывели из-под его ответственности. Я воспользовалась моим первым официальным визитом в январе 2005 года, чтобы эти переговоры с соблюдением всех норм были возвращены в компетенцию министра иностранных дел. Тем более что тогда только в министерстве была группа, бывшая в курсе и имевшая опыт предыдущих этапов, что является первым условием для успеха любых переговоров.
В связи с этими переговорами хочу уточнить еще один момент. Почему-то все считают, что идея создания антитеррористического центра, которая была высказана грузинской стороной на этих переговорах, представляла собой заложенный мной «злой умысел». Следует сказать, что эта мысль, подразумевавшая грузино-российское сотрудничество в вопросах противодействия терроризму, но не по принципу «один на один», а в форме треугольника в рамках НАТО, принадлежала Мерабишвили и его ведомству, с которыми я согласилась. Эту идею потом одобрили в парламенте и на заседании Совета национальной безопасности.
«Сакартвело да мсоплио»: - Актуальную тему представляет и вопрос расследования обстоятельств августовской войны. Представители бывшей власти утверждают, что проведение расследования – политическая месть, и этот процесс подрывает государственность Грузии. Как Вы думаете, нужно ли расследовать августовские события 2008 года, разбираться, кто начал войну и говорить о некомпетентности военных?
С. З.: - Факты тщательно и пристально расследовала специальная комиссия Евросоюза. Следует отметить, что в истории Евросоюза это первый случай, когда через несколько недель после окончания войны было принято решение, и начала работать комиссия, которая сделала комплексный вывод. Между прочим, удивительно то, что такой важный документ не был переведен на грузинский язык и не был распространен среди населения. Если мы хотим провести расследование и установить правду, то это и представляет начальный этап, а затем – привлечение свидетелей (или военных, которых впоследствии запугали).

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте