Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье


Rambler's Top100

 

Бакур Гулуа: «Скажу прямо: Жиули Шартава расстреляли не в Сухуми!»

Автор: Нино Лурсманашвили

Для бывшего вице-премьера Грузии Бакура Гулуа 27 сентября до сих пор остается самым тяжелым днем в жизни – 20 лет назад именно в этот день пал Сухуми, и погиб его друг, тогдашний председатель Совета министров Абхазии Жиули Шартава.
Бакур Гулуа: - Я никогда не говорил, что являюсь участником войны в Абхазии, поскольку оружия в руках не держал, хотя часто бывал в Сухуми. К сожалению, я был там и в те драматические дни.
Сухуми активно бомбили. Директор физико-технического института Анзор Салуквадзе предложил раздобыть немного бензина, с тем, чтобы на месте изготовить кое-какие боеприпасы. Именно для решения этого вопроса, по совету Эдуарда Шеварднадзе, я направился к Жиули Шартава, который тогда проводил заседание правительства. Разве мог я тогда подумать, что это будет наша с ним последняя встреча…
Когда проблема бензина была решена. Мне передали распоряжение Шеварднадзе выехать в Очамчири и изучить там обстановку. Я договорился с капитаном одного из суден, и мы, взяв с собой раненых, попытались выйти в открытое море, но нас тотчас же начали бомбить. На судне началась паника. Снаряды падали совсем рядом, а затем на наших глазах плывший из Гудауты катер выпустил ракету в летевший из Сочи гражданский самолет, который затонул прямо на наших глазах. Позже стало известно, что все пассажиры этого самолета – 20 человек – погибли. Это произошло 22 сентября, а 27 сентября я был уже в Тбилиси.
Через день, по просьбе брата Жиули Шартава, я вылетел в Сухуми, чтобы перевезти в Тбилиси останки его брата. Наша группа отправилась в Адлер. Откровенно говоря, мы надеялись добиться разрешения на перезахоронение трех человек – Жиули Шартава, Мамии Аласания и личного охранника Катамадзе.
В Адлере нас встретил полковник одной из российских спецслужб Шуйков. Он принял весьма энергичные меры к тому, чтобы абхазская сторона согласилась на передачу трупа Жиули Шартва, а позже один из нас стал свидетелем того, как этот Шуйков встал на колени перед покойником и извинился перед ним за то, что опоздал и не спас его. Позже нам стало известно, что этот Шуйков был близким другом Шартава, а тот, кто выдавал себя за его друга, бывший первый секретарь ЦК ВЛКСМ Борис Пастухов не сделал ничего, чтобы предотвратить убийство пленного Шартава, которого собирались перевезти в Адлер, откуда он должен был перелететь в Тбилиси. Однако по дороге в Адлер его перехватила группа убийц...
Это были самые тяжелые дни в моей жизни. Что произошло? Почему Жиули остался в Сухуми? Как он оказался в такой обстановке? Что дала нам его героическая гибель? Жиули Шартава пожертвовал собой во имя Грузии, но его потенциал страна потеряла. Много таких людей потеряли мы в той войне, против которой я выступал с самого начала.
Версиа: - Вы прямо сказали об этом Шеварднадзе?
Б. Г.: - Да. Когда я узнал о решении Государственного совета о вводе в Абхазию т.н. «военного формирования», с помощью тогдашнего министра внутренних дел Романа Гвенцадзе я дошел до Шеварднадзе и сказал ему, что вступление в Абхазию с войсками означает потерю этого региона. Шеварднадзе несколько растерялся, затем он дал мне послушать запись беседы с Тенгизом Китовани и Автандилом Иоселиани, показал, что колесо уже закрутилось, решение принято, и я опоздал. Потом мы тоже допустили немало ошибок, но не следует представлять дело так, что ошибались только мы – у нас был жестокий враг. Просто, надо было думать, что вступление с этим врагом в военное противостояние к хорошему не приведет.
«Версиа»: - Пришлось ли Вам беседовать с главой государства о его «самой большой ошибке» после падения Сухуми?
Б. Г.: - Как только перезахоронили Жиули Шартава, я встретился с Шеварднадзе. У нас состоялась очень важная беседа, но об этом поговорим в другой раз.
«Версиа»: - Это была ошибка или «проданная война», как ее часто называют?
Б. Г.: - Очень хорошо, что Вы поставили этот вопрос! Говорят также, что Шеварднадзе предал страну, Саакашвили тоже предал. А какова цена этого предательства? Что они получили в обмен на предательство? У нас предатели были, как внутри страны, так и за ее пределами, и когда они объединялись, мы оказывались беспомощными. К сожалению, Грузия в таком положении из-за образа мышления, а не из-за бессилия. До войны в Абхазии и после нее никто не поставил простой вопрос: если бы мы навели порядок в Абхазии и обосновались там, сохранили бы такое положение? Ведь Россия не дала бы покоя и сделала бы то, что она ставила перед собой целью.
«Версиа»: - Цели России и сегодня остаются теми же. Какие шаги должна предпринять нынешняя власть?
Б. Г.: - 20 лет понадобилось, чтобы осознать, что с Россией не следует мериться силой. С помощью дипломатии, международного сообщества надо суметь урегулировать отношения. Это единственный путь, только Грузия заново должна приобрести свою уникальную функцию на Кавказе. И еще, пусть никто не думает, что в Абхазии у нас нет опоры. Возможно, звучит парадоксально, но в Абхазии есть та разумная часть населения, которая является нашей опорой. Они мыслят также как мы. И надежда на возвращение Абхазии останется до тех пор, пока живы эти люди. Хочу сказать к сведению всех, в том числе, Бидзины Иванишвили: самая большая сила в этом мире – есть мышление и разум. Только это спасет нас. Именно это проповедует наш Патриарх. К сожалению, очень немногие понимают, что подразумевает святейший, но главное, чтобы понимали те, кто правит страной.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте