Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье

Центр Актуальных Исследований "Альтернатива"
Rambler's Top100

 

Диверсификация под вопросом

Автор: Пресс-папье

Ведущиеся дискуссии о возможной диверсификации источников поставок природного газа в Европу затронули также и регион Каспия. Азербайджан и, в большей степени, Туркмения могут превратиться в поставщиков природного газа в ЕС, однако на пути достижения этой цели они могут столкнуться с серьезными проблемами.
26 мая в Баку министры иностранных дел Азербайджана, Туркмении и Турции подписали так называемую «Бакинскую декларацию», которая предусматривает углубление сотрудничества трех стран по разным направлениям – от гуманитарной сферы до энергетики.
Встреча в Баку имеет большое значение именно для энергетики, так как в отношениях трех стран настал самый благоприятный момент для реализации совместных проектов в этой отрасли, ключевым из которых является обеспечение экспорта туркменского газа в Европу по территории Азербайджана, Грузии и Турции. Момент удачен потому, что именно сейчас впервые за многие годы совпали интересы стран региона, ЕС и США: все стороны понимают, что охлаждение отношений Россия-Запад создает хорошие условия для развития Южного газового коридора, который доставит каспийский газ в Европу, минуя территорию РФ и Украины. Хотя украинский конфликт, формально, причиной диверсификации не называется, в европейских столицах отлично понимают и принимают, что транзитные риски Украины зачастую превышают риски, возникшие из-за охлаждения отношений с Москвой.
Возвращаясь к Бакинской декларации надо отметить, что, несмотря на ненормативный характер данного документа, он важен с точки зрения кристаллизации позиции трех стран по вопросу строительства Транскаспийского газопровода и присоединения Туркмении к Южному газовому коридору. Позиции Анкары, Баку и Ашхабада по данному вопросу, в общем, положительны, однако только если их рассматривать в целом, а не детально. Более пристальное рассмотрение рисует картину общего одобрения, основанную на отсутствии очевидного желания брать на себя какую-либо ответственность. На самом деле, картина следующая.
Азербайджан.
После визита Ильхама Алиева в Иран позиция Баку по вопросу Транскаспийского газопровода стала основываться на простом положении: мы не против, однако никаких усилий в этом направлении предпринимать не будем. Такого рода подход, в общем и целом, оправдан ситуацией, сложившейся в регионе и в мире. С одной стороны, Баку не может пойти на открытый конфликт с Москвой и Тегераном, с другой стороны, азербайджанское руководство осознает, что Европе, экономически, а США, политически, строительство Транскаспийского газопровода нужнее, чем Азербайджану. Тем самым, Баку начал себя в данном вопросе позиционировать в качестве не исполнителя, а наблюдателя, который, среди прочего, не готов вложиться финансово в реализацию проекта, так необходимого Брюсселю и Вашингтону.
Туркмения.
Похожей на позицию Азербайджана является точка зрения официального Ашхабада, с той лишь разницей, что Туркмения – субъект, мало зависящий от Москвы, который не хочет ссориться также с Тегераном и Пекином. Последний долгие годы пытается расширить свое энергетическое присутствие в стране и не будет рад факту строительства Транскаспийского газопровода, открывающего туркменскому газу дорогу на европейский рынок.
Что касается Тегерана, то значимость последнего для Ашхабада будет все более возрастать с выводом сил коалиции из Афганистана, который может открыть дорогу радикальным исламистам в Центральную Азию. И тут Туркмении как воздух нужно взаимопонимание с Ираном, который становится основным противником и щитом против активизации радикального ислама в регионе. Во многом по этой причине Ашхабад, в каком-то смысле, пустил процесс переговоров по Транскаспию на самотек, ожидая большей вовлеченности и ответственности со стороны США, Европы и Турции.
Турция.
Ее можно назвать единственным, действительно, активным лоббистом проекта Транскаспийского газопровода. Для Анкары очень важно и дальше реализовывать свою стратегию превращения в крупного транзитера нефти и газа на мировые рынки. Нынешние тенденции в отношениях между Россией и Западом дают ей хороший шанс заново активизировать свои усилия в этом направлении. Единственной проблемой Турции на этом пути является ее же фактическая неплатежеспособность – у Анкары нет средств, для того, чтобы перехватить инициативу и вместо Туркмении и Азербайджана начать расширять масштабы и географию Южного газового коридора. Даже важнейший для Турции проект Трансанатолийского газопровода реализуется за счет азербайджанского финансирования. Тем не менее, Турция на политическом уровне очень активно «проталкивает» идею Транскаспийского газопровода, а турецкие СМИ чаще других пишут о том, что именно данный проект может снизить зависимость Европы от российского газа.
Между тем, надо отметить, что сама Анкара, похоже, запуталась в направлениях своей активной энергетической политики. С одной стороны, турецкие власти начали «перезагрузку» отношений с Ираном, надеясь на то, что после возможного решения иранской ядерной проблемы газ из ИРИ направится в Европу именно по турецкой территории. С другой стороны, Анкара активно лоббирует Транскаспийский газопровод, который должен: а) строиться при прямом игнорировании иранской точки зрения на то, что до решения правового статуса Каспия, развивать там любую инфраструктуру нельзя, и б) стать конкурентом не только для российского, но и для иранского перспективного газа в Европе.
На сегодняшний день Турция старается обойти возможность нового витка противостояния с Тегераном, однако некоторые шаги Анкары говорят о том, что «недопонимание» вернулось в ирано-турецкие отношения. Речь в данном случае идет о том, что Анкара, по неофициальным источникам, отказала Тегерану в его предложении построить свой газопровод до европейского рынка по турецкой территории. Тегеран планировал самостоятельно привлечь инвестиции в данный проект и стать основным собственником новой трубы, идущей по территории Турции, на что турецкая сторона сначала отреагировала вполне положительно, однако уже в мае сообщила Тегерану о том, что у иранской стороны в данном проекте никакого контрольного пакета быть не может по определению.
Отдавая себе отчет в том, что Анкара взяла курс на усиление своих позиций в Азербайджане и Туркмении, Тегеран сам предпринимает шаги, демонстрирующие его соседям по Каспию, что без учета интересов ИРИ делать резкие шаги непредусмотрительно. Так, в качестве реакции на утверждения туркменской стороны о том, что существующие газопроводы не позволяют увеличивать экспорт природного газа, глава иранской Национальной газотранспортной компании Масуд Мумиванд заявил, что иранские газопроводы могут удвоить объемы получаемого из Туркмении природного газа и обеспечить его реэкспорт на новые рынки сбыта. Можно сказать, что в данном случае имеет место откровенный намек на то, что если Ашхабад решил экспортировать газ в Европу, то Тегеран может ему помочь в этом, и тогда ничего нового строить не надо.
На сегодняшний день невозможно предположить, как будут развиваться события дальше, в особенности, если к продвижению проекта Транскаспийского газопровода присоединятся те, кого так ждут в Анкаре, Баку и Ашхабаде – ЕС и США. Пока же нежелание портить отношения с Тегераном и Москвой еще удерживает каспийские страны от резких и стратегических решений по данному вопросу.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте