Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье


Rambler's Top100

 

Для мира надо сделать очевидным, что это оккупация и угроза аннексии

Автор: Майя Чалаганидзе

Интервью председателя Ассоциации реформ Грузии Сергея Капанадзе.
«24 саати»: - Правящее большинство Грузии считает, что с оформлением договора между Путиным и де-факто президентом Абхазии Хаджимбой «О союзничестве и партнерстве» правовый статус не изменился, и истеричный шум, поднятый оппонентами, придает этому договору легитимный статус. Как должна вести себя в такой обстановке власть оккупированной страны?
С. К.: - Сохранившаяся без изменений правовая обстановка – неверное выражение. Кто говорит, что изменился правовой статус? Конечно, ни этот договор, ни 80 других документов юридически ничего не меняют. Проблема в том, что этот документ, в отличие от 80 других соглашений, впервые показал, что Россия намеревается совершить аннексию. Именно поэтому надо поднимать шум в связи с этим договором, а не потому, что этот документ обладает юридически иной силой.
«24 саати»: - Могли ли мы как-нибудь остановить этот процесс, предпринять шаги, которые помешали бы этому акту?
С. К.: - Видимо, не могли. Но мне кажется, что не следует концентрироваться на договоре. Этот документ, помимо намерения аннексии, обнажил и другую тревожную тенденцию. В течение последних двух лет Россия в обоих регионах поменяла администрацию и, как в Цхинвали, так и в Сухуми привела к власти людей с резко пророссийской ориентацией. Невзирая на наши шаги, она наглухо закрыла оба региона – один проволочными заграждениями, второй траншеями, и с помощью расположенных там российских войск осуществила полную изоляцию этих территорий от Грузии.
Кроме того, зависимость этих регионов от России стала большей, чем ранее. Эта зависимость возросла, как в финансовом отношении, так и, однозначно, через участие направленных из России кадров в процессе принятия решений, а также, с точки зрения безопасности. Эти действия теперь вгоняют в юридические рамки иного типа. Это аннексия, и именно на нее надо реагировать, а не на договор, который просто представляет собой аннексионный документ.
Конечно, этот договор также нелегитимен, как и все остальные соглашения, заключенные между Россией и этими регионами. Договор отличается тем, что он показал, как протекала дискуссия вокруг этого договора – в отличие от предыдущих договоров, Абхазии его навязали.
Проблему представляет также то, что прописано в этом документе – оборона, граница, таможня, все это подпадает под российскую юрисдикцию. Конечно, мы не признаем этого, но договор показал подлинные намерения России.
«24 саати»: - Что Вы скажете о заявлении по поводу того, что этот договор – результат правильной политики, успешно проводимой нашими властями?
С. К.: - Это, конечно, неверное заявление, даже комментировать его трудно. Единственное, что можно подумать, это то, что, возможно, кто-то представил нам неправильную формулировку, согласно которой, Россия оформила этот договор в ответ на нашу успешную европейскую интеграцию. Такое заявление еще как-то можно было бы понять.
«24 саати»: - Это действительно так?
С. К.: - С одной стороны, факт, что наш процесс евроинтеграции обуславливает рост угрозы аннексии со стороны России. Эту логику я тоже разделяю. Чем это серьезнее будет восприниматься европейцами, чем ближе мы подойдем к Европе, тем больше шансов на то, что над нами повиснет угроза аннексии. Просто, этот успех нельзя считать естественным в отношении Абхазии, это такие же действия Россией, какие она предпринимала в Крыму и до него, во время войны с нами в 2008 году.
«24 саати»: - Ваша организация уже опубликовала антианнексионную стратегию, что Вы считаете в ней главным?
С. К.: - Там много пунктов, среди которых есть очень важные. Во-первых, это ведение международной правовой борьбы, к которой мы сейчас не прибегаем, ограничиваясь только заявлениями. В первую очередь, мы подразумеваем использование судебного ресурса – Европейский суд по правам человека, международные организации, вообще. Это первое направление. Надо разобраться, и для всего мира сделать очевидным, что это оккупация и угроза аннексии. И это должно быть отображено в документах.
«24 саати»: - Не может быть, чтобы не существовало способа, с помощью которого можно было бы заставить Москву отказаться от агрессивной политики...
С. К.: - Для этого существует единственный путь – оказание давления на Россию. Когда у нас в повестке дня появляется какая-нибудь угроза, как можно мобилизовать международное содружество, когда мы не то, что не присоединились к санкциям, даже официального заявления не озвучили?! Во время крымских событий говорили, что это не имеет ничего общего с Абхазией и Цхинвали, к санкциям не присоединились, даже прозвучали такие заявления, что на фоне санкций наша торговля останется выигрыше... А когда у нас появится настоящая угроза, как мы сможем потребовать такой же поддержки?!
Украинский урок показал, что Киев именно потому находится ныне в тяжелом положении, что всесторонне зависел от Москвы, как экономически, так и энергетически. Сегодня мы (от нее) не так зависим, но почему мы наращиваем этот показатель?! В 2012 году экспорт в Россию не превышал двух процентов, сегодня это 10 процентов, в будущем году он составит 15 процентов, а через два года – 20 и более процентов. Почему мы сами ставим себя в такое положение?..

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте