Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье

Центр Актуальных Исследований "Альтернатива"
Rambler's Top100

 

На пороге широкой нормализации?

Автор: Пресс-папье

Иран и США как никогда близки к достижению соглашения по иранской ядерной проблеме. Некоторые наблюдатели считают, что к исходу 31 марта оно может быть подписано. Однако близкое ирано-американское согласие возможно не только по этому, конкретному вопросу, но и в более широком межгосударственном плане. Из поздравления иранцев с Новрузом, посланного президентом США Бараком Обамой, становится понятно, что речь идет о качественной нормализации отношений между Тегераном и Вашингтоном. Однако на пути этой нормализации есть масса преград, связанных, как с внутренними процессами в ИРИ и США, так и с ситуацией в регионе Персидского залива.

По стопам Израиля
25 марта Саудовская Аравия заявила о начале полномасштабной военной операции на территории Йемена с целью сохранения «легитимного» правительства президента Абд Раббо Мансура Хади. Основной же целью операции надо считать недопущение того, чтобы власть в стране оказалась под полным контролем повстанцев-хуситов – местных шиитов, которые в течение последних нескольких месяцев показали, что их окончательная победа – вопрос времени.
За хуситами, конечно же, стоят иранцы, однако преувеличивать иранскую помощь повстанцам не следует. Даже самые ярые критики иранской политики в арабском мире не считают иранскую поддержку решающей, а скорее ограниченной: как это ни странно, но новое «обязательство» по защите «своих» иранцам не нужно. Вооруженные силы ИРИ и спецслужбы вовлечены в войны в Сирии и в Ираке, которые у Тегерана отнимают огромные силы и ресурсы. Между тем, само правительство Хасана Рухани в течение последнего года предпринимало огромные усилия для хотя бы частичной нормализации отношений с Саудовской Аравией, посылая королевству ряд важных обещаний: не вмешиваться в дела суннитских районов в Ираке, в том же Ираке отказаться от создания правительства единоличного правления шиитов и курдов и, что напрямую касается Саудовской Аравии, вести более ответственную политику в Йемене и Бахрейне. Сам Йемен, в Иране это хорошо понимают, можно сделать бомбой замедленного действия в «подбрюшье» Саудовской Аравии, население которой на 15-25 % состоит именно из шиитов, могущих при поддеркже йеменских повстанцев и иранцев восстать против власти королевства.
Умеренность Тегерана в йеменском вопросе обусловлена была, прежде всего, желанием ИРИ создать благоприятный дипломатический фон для переговоров с США и другими странами «шестерки» по ядерной проблеме. Это очень хорошо понимали и понимают в Эр-Рияде, где решили, что этот фон надо нарушить и вовлечь Тегеран в новый региональный конфликт, который может поставить крест на переговорах между США и ИРИ.
Тем самым, решение Саудовской Аравии о введении военного контингента в Йемен с точки зрения стратегических целей и задач призвано решить будущую большую головную боль в момент, когда Иран отвлечен и не готов к большому вовлечению. Ну а с тактической точки зрения операция саудитов очень напоминает уничтожение израильтянами иранского генерала Мохаммада Даади и сына бывшего главы спецслужб «Хизбаллы» Джихада Мугнии в Сирии, то есть провокацию. Это на случай того, если ИРИ все же решит вмешаться: появление иранских вооруженных сил в Йемене может сильно осложнить переговорный процесс с американцами, который сегодня проходит в положительных тонах из-за косвенной совместной борьбы с ИГ в Ираке. Как и Израиль в январе убийством иранского генерала, так и саудиты теперь очень хотят спровоцировать Тегеран на ответный удар, который будет исходить из интересов критиков ирано-американского сближения – Саудовской Аравии и Израиля.
Однако, будет ли ответный удар Ирана? Скорее нет, чем да. По крайней мере, заявления, исходящие из Тегерана – «вопрос должен решиться дипломатическим путем», «решение Саудовской Аравии может спровоцировать рост насилия», – говорят о том, что Тегеран очень хорошо представляет себе последствия своего активного вмешательства в йеменскую войну. И, надо помнить, что Ирану ничего не помешает сделать это через 2 или 3 месяца, когда, возможно, «сделка» с американцами будет подписана и обратного хода не будет.

Поздравления с Новрузом: насколько далеко пойдут стороны?
Обращение президента США к иранскому народу и руководству Ирана по поводу иранского нового года примечательно исключительно своим нынешним содержанием, так как и раньше Обама поздравлял иранцев с новым годом. Однако с 2009-го года, когда было озвучено первое обращение, тональность поздравления существенно изменилась: теперь американский президент обращается не просто к свободолюбивым гражданам Ирана, но и к правительству, в адрес которого не звучит никакой критики. Кроме того, в этот раз американский президент непосредственно обратился к важности переговоров по ядерной программе, связав с ними не только перспективу снятия санкций, но и, практически, восстановление ирано-американских отношений. Его слова о том, что после решения ядерного вопроса будут сняты санкции, в Иран потекут международные инвестиции, а иранские студенты смогут ездить по миру для получения хорошего образования, раскрывают суть процесса переговоров между Вашингтоном и Тегераном. А она заключается в том, что конечной их целью является не снятие санкций, а практически полное восстановление ирано-американских отношений. Очевидно, что без этого не возможны будут ни инвестиции в Иран, ни открытие американских университетов и иных пространств для иранцев. По сути своей, американская политика по ИРИ является практически полным повторением кубинской – отход от критики режима и восстановление связей по всему спектру взаимодействия.
Надо отметить, что реакция иранской стороны тоже изменилась существенно: в 2009-м году на обращение Обамы Хаменеи из своего родного Мешхеда отреагировал агрессивной критикой в адрес Вашингтона, напомнив ему о поддержке Ирака во время ирано-иракской войны, о сбитом иранском самолете и т.д. Теперь иранская сторона реагирует на поздравления Обамы сдержанно и одобрительно.
Что касается самого переговорного процесса, то в нем уже зафиксирован основной прорыв: Организация по атомной энергетике Ирана и министерство энергетики США 26-го февраля объявили о снятии технических противоречий между сторонами, что может стать основой подписания политического документа и решения иранской ядерной проблемы. Фактически, командная работа иранских и американских экспертов завершилась и завершилась положительно.
Однако в политической части вопросы еще остаются, и обусловлены они тактическими маневрами иранской стороны. В частности, из официальных американских источников в двадцатых числах марта в СМИ просочилась информация о том, что глава иранского МИД Мохаммад Джавад Зариф заявил Госсекретарю Джону Керри, что для него и президента Рухани предпочтительным был бы вариант подписания одного документа – вместо промежуточного и окончательного, между которыми должно пройти 2-3 месяца. За этот период предполагается, что США снимут санкции с Ирана, а Иран официально ратифицирует соглашение. Если верить просочившейся в СМИ информации, Зариф свое предложение аргументирует нежеланием дать иранским критикам соглашения время для мобилизации сил, что позволит провалить окончательное соглашение.
Есть ли в действительности такая угроза? И да, и нет. Да – потому, что критиков соглашения в Иране немало и они готовы провалить его, нет – потому, что без разрешения и санкции со стороны Али Хаменеи они этого делать не будут. А Хаменеи сегодня поддерживает команду переговорщиков и не выступает против соглашения. Из-за такой позиции Хаменеи, скажем, такой ортодоксальный деятель, как аятолла Ахмад Хатами неделю назад публично объявил команду иранских переговорщиков во главе с Зарифом «героями» Ирана.
Так чем же можно объяснить призыв Зарифа? Ответы на этот вопрос могут быть разными, но не взаимоисключающими:
1) Иран опасается, что за 2-3 месяца в Вашингтоне критики соглашения могут взять верх и провалить его. Иранцы – достаточно конспирологическая нация, руководство которой пока еще не верит, что США могут пойти на шаги, которые не одобряет Израиль.
2) Тегерану надо днем раньше поставить точку в переговорах с тем, чтобы активнее заняться иракскими и сирийскими делами и уже наметившимися йеменскими.
3) И, очень характерная для иранской стороны перспектива – Тегеран подготавливает почву для того, чтобы провалить подписание окончательного соглашения.
На последнем пункте остановимся отдельно: есть верояnность, что ядерную сделку Иран желает использовать так же, как и подписанный более 10 лет назад Дополнительный протокол к Договору о нераспространении ядерного оружия. Тогда за переговоры по ядерному вопросу отвечал нынешний президент Хасан Рухани, который согласился поставить подпись Ирана под Дополнительным протоколом, после чего давление на Иран резко уменьшилось. Однако протокол, оказавшийся в иранском меджлисе, столкнулся с достаточно удачно представленной в качестве спонтанно появившейся оппозицией, и не был ратифицирован. Рухани тогда, как и сейчас Зариф, говорил о сильной внутренней оппозиции, которая мешает делу. И сегодня Зариф, предлагая вариант одного соглашения (а предложение его, скорее всего, не пройдет), создает для себя почву для оправдания того, почему в период между промежуточным и окончательным соглашениями в Иране подняли голову группы, которые подписание и ратификацию окончательного соглашения провалили.
Это возможная версия, объясняющая предложение Зарифа, но из этого не следует, что Тегеран пойдет этим путем. Скорее, речь идет о другом. Тегеран обеспечивает себе запасной путь отхода, «одну из», но не единственную лазейку, среди которых сегодня наиболее актуальна та, которая предполагает подписание соглашения и полное снятие антииранских санкций.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте