Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье

Центр Актуальных Исследований "Альтернатива"
Rambler's Top100

 

По пути концентрации власти

Автор: Пресс-папье

Достижение договоренностей между Ираном и «шестеркой» по принципам закрытия «иранского ядерного досье» привело к активизации внутриполитической жизни в ИРИ. Если в течение последних месяцев внимание местных элит было сосредоточено на переговорах с Западом, то теперь внутренняя политика активно вернулась на собственно иранскую орбиту, высветив целый ряд проблем и конфликтов, которые появились за последнее время.
В феврале этого года иранский меджлис принял традиционный закон об очередных парламентских выборах, который установил, что новый состав иранского меджлиса будет определен всенародным голосованием 26 февраля следующего года. Сама предвыборная борьба в Иране длится около года и проходит несколько важных этапов: создание коалиций, выдвижение кандидатур, утверждение или отказ в утверждении кандидатур Советом стражей, агитация и, наконец, сами выборы.
Знаковым явлением текущего процесса является то, что еще до создания коалиций и выдвижения кандидатур, по всей вероятности, по инициативе духовного лидера Али Хаменеи, начался процесс утверждения или отказа в утверждении кандидатов. Процесс этот пока еще неформальный, но может получить оформление в виде внесения изменений в законодательство в ближайшее время.
В Иране, как известно, нет политических партий. Есть организации, которые называются «партиями», но это исключительно общественные коалиции, которые не имеют политических программ, иерархии и, что не менее важно, постоянного членства. Если перейти к понятному для европейца лексикону, то это «группы по интересам», которые собираются именно по интересам и путем взаимопомощи стараются в большем количестве проникнуть в меджлис, чтобы уже там защищать свои групповые интересы. Сбор кандидатов под «партийной» крышей – способ самоорганизации и эффективного распределения общих финансов на агитацию и пропаганду.
Именно эта финансовая сторона в течение последних десятилетий активно влияла на успех или провал той или иной коалиции. Для проведения успешной агитации в стране, где телевидение и радио находятся под контролем государства, кандидатам нужны огромные деньги на печать газет, листовок и, главное, организацию поездок по стране. Несмотря на мажоритарную систему выборов, у себя в регионе конкретный кандидат очень редко остается в одиночестве, к нему на митинги и агитацию приезжают другие видные «однопартийцы», деятели культуры, музыканты, известные представители духовенства. Для организации всего этого процесса, естественно, нужны средства, однако их поступление и распределение, с учетом того, что «партии» – неформальные и не зарегистирированы в качестве юридических лиц, является процессом далеко непрозрачным. Откуда берутся суммы для финансирования предвыборной кампании, теоретически неизвестно, но на практике, и правительство, и основные политические игроки отлично знают, из каких источников идет финансирование. Это либо богатые иранские предприниматели, либо представители духовенства, контролирующие те или иные отрасли экономики, либо группы граждан, старающихся через своего кандидата решить те или иные значимые для себя текущие задачи.
Таким образом, можно сказать, что описанная система финансирования создает своеобразную альтернативу отсутствующей в ИРИ партийной системе, позволяя в процессе выборов мобилизовать основные группы интересов (финансовых и политических) и получить представительство в законодательном органе страны для защиты через близких депутатов своих групповых интересов.
И вот теперь в Иране началась дискуссия о фундаментальном изменении данной системы.
Практически сразу после достижения соглашения о принципах решения иранского ядерного вопроса, в период обсуждения которого команда президента Хасана Рухани была оставлена в покое, в плане внутренней критики, министр внутренних дел Ирана Абдолреза Рахмани Фазли (один из наиболее близких Хаменеи членов правительства) заявил, что ни для кого в стране не является секретом использование «грязных денег» в рамках предвыборных кампаний, прежде всего, в ходе предвыборной кампании в меджлис. Слова главы МВД остались за рамками внимания иранского политического класса, так как они содержали именно констатацию факта, но не предлагали никаких решений. Однако уже в середине апреля с заявлением в поддержку слов Фазли выступил еще один приближенный рахбара – министр юстиции Мостафа Пур-Мохаммади, который считается одним из самых консервативных представителей кабинета Рухани. Он заявил, что вопрос «грязных денег» должен быть решен основательно и до проводения следующих парламентских выборов. Пур-Мохаммади в своих оценках пошел дальше главы МВД, заявив, что через финансирование кампании конкретных депутатов богатые люди получают марионеток в меджлисе, которые занимаются не решением насущных проблем населения, а защищают интересы тех, кто их финансировал. В словах министра можно было услышать даже намек на измену. Об это, конечно, не было заявлено прямо, но Пур-Мохаммади «прозрачно намекнул» на то, что в существующей системе за депутатами могут стоять «не только местные силы».
Надо отметить, что еще в 2009 году нынешний министр юстиции стал автором закона «О прозрачности финансирования избирательных кампаний», который был предложен меджлису, но был решительно отвергнут. Однако тогда Пур-Мохаммади не занимал нынешний пост и напрямую не представлял интересы Али Хаменеи. Теперь же ситуация существенно изменилась, и, по словам главы иранского Минюста, он свою новую инициативу об изменении законодательства о предвыборных фондах представил лично Али Хаменеи, который его поддержал и попросил все оформить в виде нормативного документа.
Однако в заявлении Пур-Мохаммади интересно другое. По его словам, нормативный акт, который будет содержать 18 пунктов, вскоре будет окончательно согласован и представлен на утверждение рахбару. Из этого следует, что министр юстиции и его покровитель решили обойти иранский меджлис и оформить данное решение в качестве «рекомендации» верховного правителя страны, что будет, в реальном измерении, иметь статус Указа руководителя государства.
То, что этот закон не прошел бы меджлис, является неоспоримым фактом. Его не удалось провести через парламент даже 2009-м, когда там доминировали сторонники консерваторов – ведь у последних тоже есть источники финансирования, которые им раскрывать не особо-то и хочется…
Но самым существенным вопросом является следующий: на что направлены грядущие изменения? Они будут решать следующие основные задачи:
- вся команда Хасана Рухани будет отодвинута от получения финансирования, так как она открыто не заявит о предоставлении своих фондов на кампанию умеренных консерваторов и сторонников реформ. И не потому, что они не хотят проявлять свою политическую позицию, а потому, что не смогут раскрыть источники получения своих финансов. Самые богатые люди Ирана имеют статус представителей «среднего класса», а то и неимущих, а их средства оформлены на дубайские и кувейтские конторы;
- само освещение предвыборной кампании останется на попечении государственного телевидения и радио, из которых люди начнут получать «нужную» информацию о «достоинствах» и «недостатках» тех или иных кандидатов;
- консервативная элита, которая также имеет свои источники финансирования, будет отчетливо понимать, что за согласием на выдвижение того или иного кандидата надо обращаться лично к Али Хаменеи, что сегодня актуально: в свете болезни лидера Ирана в стране наметились процессы консервативной децентрализации, которая направлена на поиски новых лидеров и их команд;
- новые правила дадут возможность министерству юстиции даже после утверждения кандидатур для участия в парламентских выборах уже в процессе кампании вести «проверку» трат кандидатов с тем, чтобы понять, откуда они берут деньги и тратят ли они столько, сколько задекларировали. А это прямое влияние на предвыборную кампанию и возможность выведения из борьбы любого кандидата, который проявит хоть какую-нибудь нелояльность.
Между тем, ряд иранских «правоведов» заявляет, что контроль над кандидатами должен быть не только финансовым, но и организационным. То есть, должно быть доподлинно известно, кто внутри власти, не только финансово, но и организационно, поддерживает того или иного политика. Это уже намек не только на президента и его команду, но и на КСИР и силовиков, влияние которых в парламенте последнего созыва беспрецедентно сильно.
Надо отметить, что после решения 2013 года, когда в выборах президента было запрещено участвовать лицам старше 75 и младше 45 лет, в результате чего, из предвыборной гонки выбыли два неугодных политика – Али Акбар Хашеми-Рафсанджани и Хасан Хомейни, это станет второй фундаментальной трансформацией законодательства о выборах, которая еще больше концентрирует власть в Иране в руках духовного лидера и его окружения. На практике же, это приведет к тому, что действующий президент Хасан Рухани не сможет в следующем году закрепить за собой лояльный меджлис, который мог бы позволить ему продвинуться в деле проведения реформ в стране.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте