Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье

Центр Актуальных Исследований "Альтернатива"
Rambler's Top100

 

Смена союзников

Автор: Пресс-папье

Активное включение Ирана в сирийские события, частью которого является отправка значительного контингента бойцов спецназа, офицеров и инструкторов для участия в боевых действиях, сделали Тегеран ключевым участником войны в Сирии. Несмотря на то, что за полтора года войны с «Исламским государством» Тегеран обзавелся союзниками в Ираке и Сирии, в последнее время среди региональных участников антиисламистской борьбы растет и число недовольных его сирийской политикой.

Иракские курды уходят к туркам и американцам
Еще прошлой осенью многие мировые СМИ перепечатали сенсационные фотографии иранского куратора Ирака генерала Касема Сулеймани с руководством сил курдской самообороны «Пешмерга», которые стали символом существенного изменения ситуации в Ираке. За годы существования постсаддамовского Ирака курды проявили волю и умение отдалиться от Багдада, который год за годом подпадал под все большее и значимое влияние Тегерана. Курдское продвижение к автономии, а потом и к де-факто независимости в Ираке сопровождалось ростом конфликтности во взаимоотношениях с иранцами, которые в курдско-иракском процессе видели угрозу для самой ИРИ, на территории которой проживает от 5 до 7 миллионов курдов. Сами иракские курды сделали свою территорию зоной антииранских операций: именно на территории иракского Курдистана располагались офисы около 10 спутниковых каналов, вещавших на территорию Ирана на курдском и азербайджанском языках, призывавших к восстанию против правительства и режима. Понятно, что все эти медиа-ресурсы финансировались США и Израилем, которые активно (правда, безуспешно) занимались дестабилизацией ситуации внутри ИРИ.
Поэтому встреча Солеймани с руководством курдских сил и договоренности о сотрудничестве стали некоторой сенсанцией регионального масштаба и привели, как к непосредственному военно-техническому взаимодействию, так и к сворачиванию антииранских проектов на территории самого иракского Курдистана.
Однако события последнего месяца говорят о том, что в отношения иранцев и курдов в Ираке вернулся разлад, который выразился в прямом отказе курдов от предложения Багдада начать сотрудничество с антитеррористическим информационным центром, действующим в иракской столице. В его создании приняли участие Ирак, Иран, Россия и Сирия.
Отказ курдов от сотрудничества, на первый взгляд, выглядит странным, так как усилия данного центра направлены на борьбу с ИГ, представляющим прямую угрозу для местного курдского населения. Однако правительство иракского Курдистана вступило в достаточно сложный процесс, который и продиктовал ему отказ от сотрудничества с иранцами. Указание на «иранцев» неслучайно, так как само иракское правительство во многих аспектах курируется именно Тегераном. Процесс этот слагается из ряда факторов, которые заставляют иракских курдов отдалиться, как от самого Багдада, так и от Ирана и Сирии.
Во-первых, иракским курдам удалось локализовать столкновения с ИГ, которое перестало представлять прямую угрозу для основной территории иракского Курдистана. Продвижения игилоцев вглубь территории курдов не будет, сами исламисты сейчас более сконцентрированы на удержании своих позиций.
В каком-то смысле, иракским курдам существование ИГ в пределах, в которых оно уже существует, выгодно, так как исламисты останавливают передвижение иракских и вспомогательных иранских сил к Мосулу, попадание которого в руки багдадского правительства иракским курдам невыгодно. Они не скрывают, что хотели бы видеть этот важнейший город в составе будущего независимого иракского Курдистана. Если же город будет взят Багдадом и иранцами, то с этим планом курдам придется распрощаться. Кроме того, курды на своем примере знают, что освобожденные территории в дальнейшем «закрываются» для возвращения коренного населения. Сами курды, отбив у ИГ земли, на которых проживали езиды, делали и делают все для того, чтобы последние туда уже не возвращались и этнически закрепляют за собой все новые и новые территории. То же самое ожидает и мосульских курдов, которые, возьми город иранцы и Багдад, вряд ли получат шанс туда вернуться.
Иракские курды в своем антииранском дрейфе также рассчитывают получить помощь и содействие Вашингтона и Анкары. Первый не заинтересован в закреплении в регионе России, что становится реальностью с учетом начала российской операции в Сирии. Анкара же становится связанной с иракскими курдами по целому ряду общих интересов. Во-первых, боевики Курдской рабочей партии (PKK) представляют для властей иракского Курдистана не меньшую угрозу, чем для Анкары – они стремятся получить доступ к власти в иракском Курдистане, и их растущая мощь может сыграть в этом стремлении решающую роль.
Во-вторых, власти иракского Курдистана с ревностью смотрят на рост популярности прокурдской Демократической партии народов (HDP) в Турции и ее лидера Селахаттина Демирташа, которого многие курды региона начали воспринимать как современного, харизматичного и сильного лидера т.н. «курдского мира». Линия премьера Рэджепа Т. Эрдогана на вытеснение HDP из турецкой политики оказалась на руку властям иракского Курдистана, которые не желают сопровождать процесс построения собственной государственности общим курдским возрождением.
Все эти факторы толкают иракских курдов в объятия США и Турции, которые, к слову, одинаково отрицательно относятся к российско-иранскому сотрудничеству на Ближнем Востоке.

Шиитская «пятая колонна» в Ираке
Между тем, среди иракских шиитов – традиционных союзников Тегерана – намечается явный раскол, в результате которого в Ираке появляется новая шиитская сила, напрямую противостоящая политике Тегерана в регионе и имеющая шанс стать основным американским союзником в стране. Как это ни странно, но это сила, объединена вокруг Муктады ас-Садра, некогда названного американской стороной «самым опасным человеком в Ираке». Это определение было, безусловно, обоснованным для американцев, так как именно ал-Садр стал лидером антиамериканских сил в Ираке после 2003 года, а его бойцы устраивали теракты против сил коалиции в стране. Теперь ситуация существенно изменилась по ряду причин. Во-первых, этнический перс М. ас-Садр впал в немилость Тегерана в 2008 году, когда стало понятно, что Иран в Ираке делает ставку на работу с официальным правительством, которое он желает взять под свой контроль. Иранцы решили, что «мавр» ас-Садр сделал свое дело – создал и сплотил шиитскую армию, а теперь «должен удалиться». В публичной сфере так и произошло, и политик на время исчез из активной политической жизни. Однако уже в 2013-м он вернулся, дав интервью британским и американским СМИ, в котором обвинил проиранское правительство аль-Малики в коррупции и в том, что его политика ведет к развалу страны и росту суннитского радикализма. Что, в принципе, и произошло...
Во-вторых, ас-Садр каким-то поразительным образом превратился из поборника прав шиитов в чуть ли не единственного иракского «государственника», который выступает за единство страны, реальное коалиционное правительство и является противником роста влияния в Ираке, как Ирана, так и Саудовской Аравии.
В прошлом году он оставил в стороне свои обиды на Тегеран, и его «армия» начала бок о бок с иранцами и с иракской армией воевать против ИГ. Но в течение последних месяцев, с созданием Информационного центра в Багдаде ситуация резко изменилась. Хотя ас-Садр молчит, его ближайшее окружение начало активно критиковать, как иранскую политику в Ираке, так и создание российско-иранской коалиции против «Исламского государства». Об этом, например, в августе заявил Баха Араджи, один из лидеров движения ас-Садра и его доверенный приближенный. Он подверг резкой критике создание багдадского центра и коалицию Ирака с Сирией, Ираном и Россией. Он же заявил, что «садристское движение» в это объединение не войдет, так как доверяет только старой, «американской» коалиции. Это существенный дрейф ас-Садра от иранцев к американцам, а с учетом того, что его «армия Махди» в Ираке – ключевой участник боевых действий против ИГ, это и показатель развала кажущегося единым фронта против исламистов. Поразительным образом можно ожидать, что в скором времени солдаты «армии Махди», кстати, еще несколько лет тому назад без каких-либо сомнений убивавшие американцев в Ираке, окажутся рядом с теми же американцами в их борьбе, как против ИГ, так и за установление неподконтрольного Ирану правительства в Багдаде.
Сказать, что такое развитие событий является результатом американских спецопераций и тонких расчетов, было бы некорректно. Скорее, это очередной просчет Тегерана, который не желает удовлетворять амбиции самого эффективного, популярного и известного шиитского лидера Ирака в его стремлении получить власть в государстве. Вместо этого, ИРИ продолжает поддерживать аль-Малики, ушедшего от поста премьер-министра, но остающегося самым влиятельным политическим деятелем в Багдаде. Того аль-Малики, который во многом ответственен за рост мощи ИГ в Ираке, т.к. его политика по лишению суннитов всяких прав в стране и привела к тому, что суннитская часть населения Ирака начала воспринимать ИГ как своего спасителя.
В завершение надо сказать, что уход ас-Садра из общей коалиции в Ираке дает американцам шанс получить союзника на месте. Союзника крепкого, эффективного и амбициозного, что может существенным образом изменить расклад сил в Ираке. И явно не в пользу Тегерана.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте