Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье

Центр Актуальных Исследований "Альтернатива"
Rambler's Top100

 

Иранский газ в режиме санкций

Автор: Пресс-папье

Готовность Европы к отстаиванию своего суверенитета в вопросах экономического сотрудничества с различными подсанкционными странами вплоть до вступления войну запретов с США на разных фронтах – от джинсов до «харлеев» – чуть раньше обозначилась на иранском направлении.
Заявление американской администрации о том, что Вашингтон далее не будет утверждать отчет о выполнении Тегераном своих обязательств в рамках «ядерной сделки», может дать американской стороне возможность полноценного возвращения к режиму антииранских санкций. Они, как и прежде, будут обращены против тех отраслей иранской экономики, которые обеспечивают макроэкономическую стабильность в стране, приток иностранных инвестиций и валюты. Одной из таких отраслей является газовая, за участие в развитии которой идет активная конкуренция между потенциальными иностранными партнерами Ирана. Для самой страны будет важно сохранить европейских участников процесса, так как последние могут сыграть непосредственную роль в налаживании экспорта иранского газа на самый платёжеспособный – европейский – рынок.

Кризис газового контракта с Total
Самой значимой европейской компанией, которая вошла на иранский газовый рынок после снятия санкций, является французская Total. Подписанный в июле 2017 года контракт на ее вход (возвращение) в проект разработки месторождения Южный Парс уже увел из компании 1 млрд. евро инвестиций в Иран. Но не менее важно то, что контракт является первой значимой сделкой, открывающей иранский газовый рынок для европейских инвесторов. Сам пакет проектов французской компании не ограничивается исключительно газовой сферой – в нем были и остаются нефтяные месторождения в провинции Хузестан и строительство нефтеперерабатывающего завода в районе Ахваза.
Между тем, в ноябре 2017 года, когда американская администрация в очередной раз заявила о своей готовности вернуться к режиму санкций в отношении Ирана, глава Total Патрик Пуянне заявил, что французский гигант будет вынужден пересмотреть свои отношения с Тегераном, в том числе, и подписанный в июле того же года контракт. С этого момента началось активное устное противостояние между иранским правительством и французской компанией, в котором на выигрышных позициях оказалась именно иранская сторона.
Известно, что иранцы добились подписания июльского контракта в редакции, которая обеспечивает ИРИ максимально выгодные, а французам – максимально невыгодные условия выхода из соглашения по причинам, не имеющим отношения к выполнению сторонами своих обязательств. А санкции США представляют собой причину именно такого рода. Кроме этого, министр нефти Ирана Зангане в ноябре заявил, что если Total уйдет из Южного Парса, то деятельность компании на территории ИРИ будет вовсе прекращена, и это будет касаться ее участия в иных проектах, «сейчас и в будущем».
Тем самым, Иран создал ситуацию, при которой все издержки от выхода из соглашения лягут на французскую сторону. В самом проекте разработки месторождения в Южном Парсе Total выступает не одна, а в кооперации: французская компания владеет 50,1% акций, 19,9% принадлежат иранской государственной компании NIOC и 30% — китайской CNPC. В ноябре иранская сторона начала активные переговоры с CNPC, которая согласилась взять себе французскую долю и стать главным исполнителем проекта. Уступка иранского месторождения китайцам станет показательным проигрышем европейских компаний китайским конкурентам в их борьбе за иранские ресурсные проекты.
Все эти факторы заставили Total изменить свою позицию, которая за последние несколько месяцев пережила существенную трансформацию. Ее суть – будущее контракта стало частью повестки Евросоюза, и в вопросах отношений не только с Ираном, но и с США.

Европейский союз – за иранский газовый рынок
Развитие событий вокруг Ирана и Total с ноября 2017 года находилось под пристальным вниманием Европейской комиссии, однако говорить о каких-то конкретных шагах европейских чиновников по защите интересов одной французской компании не приходилось до последнего времени.
Между тем, ситуация существенно изменилась в январе и феврале нынешнего года после двух ключевых заявлений со стороны администрации США. Первым было заявление о том, что президент США более не утвердит отчет о выполнении Тегераном своих обязательств по «ядерной сделке», и Вашингтон вернется к политике санкций. Вторым ¬стало заявление о защите американского рынка от европейских товаров путем введения специальных таможенных пошлин. Оба заявления были сделаны без каких-либо предварительных переговоров с европейской стороной, что поставило, как Брюссель, так и основные столицы Европы в особо затруднительное положение.
Реакция европейской стороны, как на уровне Еврокомиссии, так и на уровне национальных правительств не заставила себя долго ждать, но она, несмотря на свою жесткость, никаких конкретных шагов противодействия не предполагала.
Между тем, Иран и его отношения с Total стали темами, которые позволили европейцам мобилизовать их потенциал противодействия США. Процесс выработки мер сопротивления стал достаточно стремительным. В начале января президент Total Патрик Пуянне на званом ужине с президентом Дональдом Трампом попросил его не вводить санкции в отношении газового сектора Ирана, так как Total будет вынуждена уйти из ИРИ, потеряв на этом огромные средства, вложенные в инвестиции.
Хотя просьба французов была сформулирована достаточно четко и прозрачно, Трамп на этот призыв никак не отреагировал. Немудрено, что тон Пуянне в отношениях с американцами всего за месяц резко изменился. Это произошло после того, как ЕС заявил о том, что не приемлет введение ограничительных мер в отношении европейских товаров, поступающих на американский рынок, и готов ответить на такое решение аналогичными, а также иными способами. После такого заявления Брюсселя глава Total сообщил, что процесс реализации совместного проекта с ИРИ в Южном Парсе идет полным ходом, а сама компания сейчас активно работает с Европейской комиссией и национальными правительствами для того, чтобы выработать гарантированные механизмы реагирования на последствия американских санкций.
Смена настроения французской компании в феврале (после ужесточения антиамериканской риторики в Брюсселе) очевидна: мы из Ирана уходить не собираемся и вместе с ЕС будем бороться против американских ограничений. Очевидно также, что такая смена не могла произойти без активной поддержки со стороны Франции и Европейской комиссии. Между тем, уже 11 февраля из Еврокомиссии произошла утечка о том, что ЕС в случае принятия санкций со стороны США в отношении Ирана применит «кубинский сценарий» 1996 года. Тогда Совет ЕС принял уже забытое, но действующее до сих пор «постановление Совета 2271/96 против последствий экстерриториального применения законодательства, принятого третьей стороной». Оно известно как «блокировочное регулирование» и обязывает европейские компании и физлица не подчиняться экстерриториальным санкциям США.
Принятие «блокировочного регулирования» применительно к антииранским санкциям станет не только победой Тегерана или той же Total. Это будет началом совершенно нового витка противостояния между США и Европейским союзом – иранский рынок значительно крупнее кубинского, и возможное решение Совета ЕС – прямое указывание Вашингтону на европейский суверенитет. Заявление же вице-президента Европейской комиссии по вопросам энергетики Мароша Шефчовича о готовности включения Ирана в проект создания Южного газового коридора, сделанное в Баку в середине февраля, говорит о том, что в своей политике по защите европейского суверенитета в иранском вопросе ЕС готов пойти на большее углубление противостояния с США.
Таким образом, можно сказать, что Тегеран и ЕС сегодня смогли создать неформальный союз для противостояния американскому давлению. Если для Тегерана важно сохранить партнерство с европейскими газовыми компаниями, то для ЕС вопрос стоит шире – это и защита собственных компаний на иранском рынке, и сопротивление принятию ограничительных мер со стороны США в отношении европейских товаров. Если от последней идеи Вашингтон не откажется, то союз ЕС с Тегераном может окрепнуть и трансформироваться в более качественную форму.
Что касается перспектив иранской газовой отрасли, то можно сказать, что она имеет все шансы сохранить тенденцию притока европейских инвестиций и технологий, обеспечивающихся, прежде всего, контрактом с Total.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте