Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье


Rambler's Top100

 

Проблемы и перспективы иранского присутствия в Сирии

Автор: Пресс-папье

Иранская политика на Ближнем Востоке, в частности, в Сирии остается одним из центральных направлений внешнеполитической активности Тегерана. Вместе с тем, в течение последних нескольких месяцев ситуация в Сирии для Ирана стала более стабильной только с формальной точки зрения – основные силы противников-исламистов разбиты, вероятность контрнаступления ИГИЛ минимизирована. Но, с точки зрения действительного положения дел, она для ИРИ достаточно нестабильна.
На иранские политику и позиции в Сирии сегодня влияет несколько фундаментальных факторов и проблем, которые в краткосрочной перспективе не могут отразиться в выгодном для Тегерана свете. Причем, речь идет не только о процессах, которые протекают в Сирии, но и о проблемах, с которыми иранцы сталкиваются у себя дома, а также в Ираке – «сухопутных воротах» Ирана в Сирию.

Экономика Ирана
Несмотря на то, что Европейский союз официально не поддержал американские санкции против Ирана и выход США из «ядерной сделки», шаги Вашингтона вернули Иран в предсанкционное состояние. В региональном измерении результат сложившегося положения дел достаточно очевиден: у иранской стороны стало намного меньше финансовых возможностей для эффективной поддержки своей международной и региональной политики. Если внутри страны влияние девальвации национальной и сокращение притока иностранной валюты можно регулировать макроэкономическими и иными мерами, то на внешнюю активность Тегерана эти меры распространяться не могут. Иранское участие в военной операции в Сирии требует денег, поддержка иранских союзников – также, и эти необходимые суммы надо исчислять валютой, доступность которой с каждым днем все больше сокращается. Грандиозные планы Тегерана по восстановлению экономики Сирии, а в этом деле Иран собирался конкурировать с Россией, имеют шанс провалиться, так как материальных средств для восстановления, тем более, путем предоставления сирийскому правительству кредитов, у Тегерана просто нет.
Кроме этого, ухудшение положения дел в самом Иране все больше и больше раздражает местное население. Оно практически открыто начинает поднимать вопрос о целесообразности иранской поддержки Сирии, которая находится далеко и если и влияет на иранскую жизнь, то только отрицательно.
На самом деле, антисирийские лозунги звучали на митингах еще в начале нынешнего года. Они вылились в столкновения и привели к жертвам, как со стороны демонстрантов, так и со стороны силовых структур ИРИ. Если проанализировать иранскую прессу и политический дискурс последнего месяца, то можно увидеть явную тенденцию: сирийская тематика и, тем более, тема поддержки Сирии со стороны Тегерана резко уменьшилась в объемах, что является индикатором реакции властей, как на ухудшение экономического положения внутри страны, так и на недовольство населения политикой государства.

Иракские ворота в Сирию
Другим немаловажным фактором, влияющим на иранскую политику в Сирии, является поствыборная ситуация в Ираке. Никакой эффективной сирийской политики у Ирана быть не может в условиях, если он потеряет контроль над основными «воротами» в Сирию, каковыми является Ирак. Несмотря на радужные прогнозы по поводу формирования нового стабильного баланса сил в этой стране по итогам парламентских выборов, процессы в Ираке развиваются по самому нежелательному для Тегерана сценарию.
Шиитский проповедник Муктада ас-Садр, которого многие видели в качестве потенциального союзника Тегерана, продемонстрировал не просто свою независимость от Ирана, но и готовность идти по пути прямого столкновения с иранскими интересами. Он не принял формат коалиции, предложенный Тегераном, в котором главную скрипку играли бы представители шиитских военизированных и подконтрольных генералу Касему Сулеймани групп, но и начал формировать свой центр силы. Его основой может стать коалиция ас-Садра с премьер-министром аль-Абади, которого Тегеран всячески желает «списать» из иракской политической жизни.
Аль-Абади на протяжении последних лет проводил политику, которая ориентировалась на Тегеран, однако он делал это вынужденно, так как коалиция, поддержавшая его, была проиранской по своей сути. Теперь же этот политик, быть может, самый прозападный в Ираке из всех шиитских деятелей, получил предложение о поддержке со стороны ас-Садра, который не только не ориентирован на Тегеран, но еще и выступает за уход ИРИ из Ирака. Если коалиция ас-Садра и аль-Абади станет реальностью, то Тегеран столкнется с огромным количеством проблем. Главной из них будет потеря контроля над сухопутной линией Иран-Ирак-Сирия. А то, что Иран такого контроля лишат, вполне возможно. Более того, в Тегеране известно, что ас-Садр не считает, что Багдад должен как-то помогать Дамаску. Кроме того, к самому Асаду у него достаточно критическое отношение, так как именно сирийский президент, по мнению иракского клерикала, является виновником гражданской войны в его стране.

Сирия: остаться нельзя уйти
И, наконец, в самой Сирии у Тегерана дела обстоят не самым лучшим образом. В конце августа Тегеран добился подписания с Дамаском соглашения о военной помощи, которое легализует пребывание иранских вооруженных сил на территории Сирийской Арабской Республики (САР). Этот демонстративный шаг Тегерана, а соглашение – именно демонстрация, так как никто юридическую сторону иранского присутствия в Сирии не оспаривал, был рассчитан не столько на США или Европу, сколько на Москву.
Присутствующая на протяжении нескольких месяцев в российско-американских и российско-израильских переговорах тема ухода Ирана из САР стала сильно раздражать Тегеран. Неизвестно, довела ли Москва свою позицию по данному вопросу до иранской стороны до конца, но очевидным образом в Тегеране беспокоились по поводу ее возможной смены. Заявления иранских деятелей – от военных до депутатов – о том, что третья сторона не может решать за Иран и Сирию, где кому находиться, указывали на очевидную озабоченность Тегерана процессами, которые шли между РФ, США и Израилем.
Подписав с Дамаском соглашение о своем присутствии на сирийской территории, Тегеран создал легальный базис для своего «неухода» из страны. Ведь трудно себе представить ситуацию, в которой Сирия может этого потребовать. Даже в условиях жесточайшего давления со стороны Москвы, которого, очевидно, не будет, Асад без Ирана и «Хизбаллы» продержаться не может. И дело тут не только в военной помощи. В отличие от Москвы и Вашингтона, Тегеран является также и внутренним игроком в самой политической жизни Сирии. У него есть свои союзники в окружении Асада, в сирийской армии много офицеров, ориентированных на Иран, и при желании Тегеран может пойти на переформатирование ситуации внутри самой Сирии, вплоть до отстранения Асада от власти и поддержки иных местных игроков. Ни Россия, ни США – внерегиональные страны, не имеющие конфессионального фундамента своего присутствия в САР – такую «роскошь» себе позволить не могут. Очевидно, что сегодня, как РФ, так и Соединенные Штаты понимают: иранцы из Сирии не уйдут. Это было озвучено американской стороной в рамках заседания Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре: «Мы не собираемся заставлять Иран уходить из Сирии. Более того, мы не думаем, что Россия может заставить Иран уйти».
Эта констатация факта важна для Тегерана. Причем, как со стороны Вашингтона, так и со стороны Москвы. Но для самого Ирана, который стоит перед серьезными вызовами также и в Ираке, сейчас чрезмерная активность в Сирии недопустима.
Трудно сказать, была бы сегодня заметна иранская активность, если бы израильская сторона постоянно не наносила удары по иранским объектам, расположенным в САР. Если рассмотреть географию ударов, то можно убедиться, что они наносятся не в районах, где идут боевые действия, а там, где иранцы решили «окопаться», а это военные объекты и инфраструктура. Сама израильская позиция по данному вопросу понятна – их раздражает не то, что иранцы воюют в Сирии, их не устраивает то, что они там есть и хотят остаться. Тут, конечно же, присутствует самая фундаментальная разница в позициях Израиля и США. Последних сильно не устраивает именно участие иранцев в боевых действиях, тем более, против курдов. А так как с курдами иранцы решили не воевать, то Вашингтон принял решение «не заставлять Иран уходить из Сирии».
Для Тегерана главным событием в борьбе за свое присутствие в Сирии является уничтожение российского самолета по вине израильской стороны. Если учесть, что израильские самолеты оказались в небе именно с целью поражения иранских объектов, то нарастающий конфликт между Россией и Израилем играет ИРИ только на руку. Очевидно, что полеты израильской авиации для Москвы станут нежелательными. И неважно, с какой целью они поднимаются в воздух – для удара по сирийским или по иранским объектам, российские системы ПВО будут покрывать все небо Сирийской Арабской Республики. Тем самым, Иран оказывается чуть ли ни единственным бенефициарием трагической гибели российского самолета, получая возможность в более безопасном режиме заниматься военным строительством в Сирии.
А решение Москвы защитить сирийское воздушное пространство от израильских налетов даст Ирану шанс спокойно «окопаться» в САР с тем, чтобы переждать экономический кризис у себя и политический кризис в Ираке.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте