Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье


Rambler's Top100

 

Ускользающее влияние и смена стратегии

Автор: Пресс-папье

Приближение иранских военных катеров к кораблям американского ВМФ и угроза президента США ударить по ним в случае повторения такого рода маневров вернули геополитику в регион Ближнего Востока, которая, казалось, окончательно замерла в условиях пандемии коронавируса. Между тем, сам инцидент с катерами, как и очередное испытание Ираном новых ракет, не являются случайными, а говорят о намерении Тегерана использовать новые методы и стратегии укрепления пошатнувшихся позиций. Прежде всего, в Ираке – в ключевой для региональной политики Ирана стране.

Ускользающий Ирак
Для иракской политики Ирана 2020 год не задался с самого начала. В январе американцами был убит генерал КСИР Касем Солеймани, который оказывал серьезное влияние на процессы, происходящие в Ираке, и контролировал там мощные военные ресурсы. Потом началась пандемия коронавируса, которая ударила по ИРИ изнутри, прежде всего, экономически. Воспользовавшись этой ситуацией, Багдад закрыл ирано-иракскую границу и установил контроль над ней. Произошло то, чего долго добивались все иракские правительства последнего времени, в том числе, проирански настроенные. До сих пор ни одному из них этой цели достичь не удавалось ввиду огромного влияния Тегерана в Ираке и, как это ни странно, отсутствия формального повода. Пандемия такой повод дала, и теперь вся линия ирано-иракской границы, за исключением узкого коридора на юге, в районе Басры, закрыта. Более того, когда граница откроется, то с иракской стороны она будет контролироваться надежнее, благодаря дополнительным пограничным нарядам, которые тут были расквартированы с целью борьбы с коронавирусом.
Иранская сторона отлично понимает, к каким издержкам может привести установление контроля над границей со стороны Багдада, и поэтому активно держится за узкий коридор на юге, который с иракской стороны пока контролируется больше лояльными шиитскими группировками.
У Тегерана за последний период появились проблемы также и с самими шиитскими группировками, которые некогда были лояльно настроены к нему. Сегодня сил с таким настроем становится все меньше, чему виной, как раздражающая иракских шиитов иранская политика установления тотального контроля над лояльными к Тегерану группами, так и активное усиление националистических настроений в самом Ираке, в том числе, и среди шиитского населения.
Закрытая граница, потеря лояльности иракских шиитов и серьезные экономические проблемы внутри самого Ирана лишили Тегеран возможности активно влиять на внутриполитические процессы в Ираке на том уровне эффективности, которым иранцы обладали, начиная с 2006 года. Результатом этого стало то, что правительственный кризис, начавшийся в Ираке осенью 2019-го, в скором времени разрешится выбором нового премьер-министра в лице экс-главы иракской Службы безопасности Мустафы аль-Кадими. Практически все политические силы страны, присутствующие в парламенте и обладающие влиянием в обществе, поддержали его кандидатуру. Также политик может опереться на шиитские организации, находящиеся под влиянием Тегерана. Такая поддержка еще год назад была невозможна, так как аль-Кадими не просто не является проиранским деятелем, он принадлежит к условному националистическому лагерю Ирака, который представляет большую опасность для иранского присутствия в регионе в долгосрочной перспективе. Но у сегодняшнего Ирана, влияние которого в Ираке с убийством Солеймани и закрытием границы нейтрализовано, иного варианта нет: лучше националист аль-Кадими, нежели любой ставленник США. То, что сегодня устраивает Тегеран в этом политике, это именно его национализм – новый премьер-министр будет одинаково противостоять, как иранскому, так и американскому присутствию и влиянию в Ираке. Насколько удачно он будет это делать, зависит от многих процессов и факторов.

Горизонтальное влияние
Надо отметить, что Тегеран идет на уступку с будущим назначением аль-Кадими в наихудший для иракских националистов период. Данный нейтральный политик займет пост в период наибольшего обвала цен на нефть, закрытых из-за пандемии границ Ирака с соседями, а также «вирусного» паралича иракской экономики. Это объективные причины и факторы, которые лишают новое иракское правительство шансов на заметные и быстрые успехи, несмотря на то что общество склонно ожидать таковые, а также то, что достижения нового кабинета под руководством аль-Кадими не за горами.
В то же время Тегеран не может пустить ситуацию в Ираке на самотек, что требует от него определенной реформы своей политики в этой стране и в регионе.
Недавно лидер проиранской ливанской «Хизбаллы» Хасан Насралла заявил о том, как надо заставить американцев и их союзников уйти из региона: «Не можем заставить уйти вертикально, должны заставить уйти горизонтально».
В нынешних условиях новая иранская стратегия заключается именно в уходе от вертикального влияния в Ираке к горизонтальному. До недавнего времени иранская политика ИРИ выстраивалась, основываясь на отношениях по всей вертикали местной власти – от лояльного Тегерану правительства Ирака до самых низов системы местного управления. Примерно такая же модель взаимодействия с иракцами была выстроена и военной сфере. Однако с начала года обе эти системы взаимоотношений были нарушены, и теперь иранская политика в Ираке строится по горизонтальной, т.е. сетевой модели. Переход на новый формат ирано-иракского взаимодействия ознаменовало появление в течение последних месяцев ряда непонятных и неизвестных доселе вооруженных формирований («Усбат ал-Таерин», «Ашаб ал-Каф», «Кабдат ал-Хода»). В течение марта и апреля ими были проведены несколько атак на американские и лояльные США и Саудовской Аравии подразделения. Наряду с прочим, эксперты обращают внимание на то, что их методы и приемы очень схожи с поведением иранских отрядов, которые в свое время были использованы в Ливане и Афганистане в борьбе против находившихся там американских и советских войск.
Другим видом активного влияния Тегерана на процессы в Ираке является усиление ирано-американского противостояния в Персидском заливе. Этот метод иранцами использовался неоднократно и показал свою эффективность в деле обострения ситуации, но, так сказать, «на грани». Это, например, приближение иранских катеров до неопасной для кораблей США дистанции, что в условиях сложившейся традиции не дает американцам права открыть по ним огонь. Также возможны сближения иранских дронов с американским военными объектами, например, базам, нарушение границ «зеленой зоны» в Багдаде и пр. Целью таких действий является повышение уровня «пассивной» агрессии и взаимной риторики, что не позволит новому правительству Ирака сконцентрироваться на концентрации власти в своих руках. Ведь новый премьер М. аль-Кадими, еще будучи главой безопасности Ирака, заявил, что стабильность в его стране может наступить только при условии снижения уровня ирано-американского противостояния на иракской территории. Тегеран это понимает и в условиях ускользающего от него влияния в Ираке делает все возможное, чтобы этот уровень не снизился, но повышался лишь до предела, не позволяющего Ираку обрести стабильность, но не создающего условия для прямого конфликта между Тегераном и Вашингтоном на этой территории.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте