Россия - в национальных СМИ стран Содружества
Пресс-Папье


Rambler's Top100

 

Конспирологическое восприятие

Автор: Пресс-папье

Вооруженный инцидент, начавшийся 12 июля с.г. на армяно-азербайджанской границе, стал самым серьезным боестолкновением на межгосударственной границе двух стран после окончания активной фазы Нагорно-Карабахского конфликта в 1994 году. Он же стал испытанием для Турции, которая на протяжении последних десятилетий позиционировала себя в качестве основного союзника и защитника Азербайджана.

Неожиданность и дилемма для Анкары
Особенность обострения ситуации на армяно-азербайджанской границе заключается в том, что в момент его начала не было понятно, кто стал инициатором столкновения и что привело к инциденту. В то же самое время, судя по реакции Анкары, которая активно сотрудничает с Баку в военно-политической сфере, а также по невыигрышному положению и поведению азербайджанских вооруженных сил, с уверенностью можно сказать, что для Турции произошедшее стало неожиданностью. Иначе, будь события сознательно спровоцированы азербайджанской стороной, и Баку, и Анкара были бы к ним более готовы. Сам инцидент, который, по всей вероятности, начался спонтанно, поставил Анкару перед дилеммой: остаться в стороне, потеряв лицо, либо встать на защиту Азербайджана, что должно было привести к существенным проблемам с Россией.
Для того, чтобы понять степень чувствительности этой проблемы для Анкары, надо сказать, что Азербайджан для Турции – не просто сосед и союзник, а, с идеологической и политической точек зрения, самое близкое государство. Такой уникальный статус Азербайджана обусловлен тем, что союз с ним развивался с учетом постулата «Одна нация – два государства», который ни к какому другому соседу Турции никогда не применялся.
Кроме того, Азербайджан является для Анкары уникальным союзником и по другой причине: нет ни одной другой страны в мире, союз с которой и ответственность перед которой, поддерживались практически всем спектром турецкого политического ландшафта. Пантюркисты, исламисты и радикальные националисты, более известные как «серые волки», могут усомниться в целесообразности вовлечения Турции в конфликты в Ираке, Сирии и Ливии, но по вопросу Азербайджана ни у одной из этих групп никаких сомнений нет – это важнейшая страна и самый естественный союзник Турции. Единственная партия, которая не выступала и не выступает в поддержку Баку, это прокурдская левая HDP, которой чужд, как пантюркизм, так и панисламизм, и которая сама внутри Турции воспринимается как «пятая колонна».
Так или иначе, начало конфликта и болезненные потери Азербайджанской армии поставили Турцию перед свершившимся фактом, и Анкара была вынуждена отреагировать спонтанно, что, впрочем, не лишило ее реакцию элементов прямой угрозы своего военного участия в вооруженное противостояние между Арменией и Азербайджаном.

Действующие лица – военные
Надо отметить, что если в первый день конфликта основным игроком, выступающим с позиции осуждения Армении и угрожающим ей, явился президент Реджеп Т. Эрдоган, то уже со второго дня произошла быстрая и неожиданная трансформация турецкой линии поведения. Ее суть заключается в том, что политический истеблишмент страны в этом вопросе как бы отошел на второй план, уступив основную позицию защитника Азербайджана Турецкой армии и ее руководству. Если в первый день инцидента жесткие заявления в адрес Армении делались президентом Т. Эрдоганом и министром иностранных дел М. Чавушоглу, то со второго дня эту роль взял на себя министр обороны Хулуси Акар.
Кроме того, в дни конфликта имело место событие, которое осталось практически незамеченным. Даже в самый трудный период столкновения, когда армянскими силами был уничтожен «целый» генерал-майор Азербайджанской армии, Р. Т. Эрдоган не позвонил президенту Ильхаму Алиеву. Президент Турции, по крайней мере в публичной сфере, старался не засвечивать свои обязательства перед Азербайджаном. Скорее всего, потому, что он, до конца еще не разобравшись в ситуации, не был уверен, сможет ли Анкара взять на себя ответственность за будущий «успех» Азербайджана в условиях, когда этот успех не был гарантирован. После триумфального возвращения Айя-Софии выступить в роли лидера, который не может защитить главного союзника Турции, ему явно не хотелось. Тем более в условиях, когда турецкому истеблишменту характер и причины конфликта не были понятны.
Азербайджанскому лидеру такой звонок был необходим в качестве подтверждения готовности Турции оказать военную поддержку Баку. Чтобы зафиксировать то, что Анкара стоит рядом с Баку, администрация президента АР пошла на достаточно странный шаг – 15 июля сам Ильхам Алиев написал и направил президенту Реджепу Т. Эрдогану письмо, в котором поблагодарил его за поддержку Азербайджана с первого момента начала вооруженного конфликта на границе с Арменией. Попытка Алиева «активировать» своего турецкого коллегу в качестве союзника, оказывающего прямую поддержку Азербайджану, была как раз реакцией на то, что президент Турции в публичной сфере стал технично абстрагироваться от конфликта.
Эрдоган специально и сознательно спустил вопрос участия и места Анкары в конфликте на уровень министра обороны с тем, чтобы политически себя обезопасить, представив внутренней аудитории и России, что политическую ответственность за неучастие или участие Турции в инциденте нести не желает.
Что касается поведения турецких вооруженных сил, то они, судя по поведению и действиям Х. Акара, отрабатывали все сценарии развития ситуации. 16 июля уже после озвученного со стороны Баку письма Алиева Эрдогану министр обороны Турции Акар принял азербайджанскую военную делегацию во главе с заместителем министра обороны Рамизом Таировым. На состоявшейся встрече военных двух стран речь шла, естественно, о конфликте на границе с Арменией и обсуждались вопросы поддержки Баку со стороны Анкары в этом противостоянии. По риторике Хулуси Акара не было понятно, о какой поддержке идет речь – о военно-технической помощи или о прямом турецком участии в войне. Прозвучавшее заявление и его форма имели целью прозондировать почву для любого вида вмешательства, а также выяснить реакцию стороны, от которой и зависело будущее участие турецких сил в конфликте – России. Кроме того, просматривалась попытка турецкой стороны опустить возможное участие Анкары в конфликте до технического уровня, мол, существует турецко-азербайджанский договор о взаимопомощи, и шаги, предпринимаемые в рамках его реализации, носят технический, а не политический характер.
Надо сказать, что российской стороной «технический» подход Анкары был подхвачен, что вылилось в указание президента РФ Владимира Путина провести внеплановую проверку войск и соединений двух военных округов – Южного и Западного, в зону ответственности которых, среди прочего, входят Южный Кавказ и Турция. Анкарой это было воспринято так, как и предполагала Москва – как призыв к невмешательству, что дало возможность России завершить свою миротворческую миссию по достижению перемирия на армяно-азербайджанской границе.

Перспективы дальнейшей реализации «технического подхода»
Надо отметить, что на сегодняшний день есть все предпосылки для того, чтобы ожидать от Анкары попытки компенсации своих потерь в результате инцидента на армяно-азербайджанской границе. В последние дни стало очевидным, что Турция уже начала видеть в нем не случайность, а спланированную кампанию, что подтвердило их изначальные опасения о том, что происходящее имеет более серьезное, возможно, глобальное значение.
В течение последних нескольких лет для турецкой власти поиск конспирологических трактовок тех или иных событий стал основным способом оценки процессов, происходящих в мире и вокруг Турции. 17 июля, когда договоренность о перемирии на границе уже была достигнута, один из основных рупоров правящей в стране партии газета «Yeni Şafak» устами известного журналиста и сторонника Эрдогана Ибрагима Карагюля дала объяснение произошедшему на Южном Кавказе: «Атака была совершена в Товузе, рядом с нефтепроводом Баку-Тбилиси-Джейхан. Это говорит о том, что событие не ограничивается Азербайджаном и Арменией. Власти в Ереване в данном случае выступили в качестве наемника. Кто-то их нанял, чтобы послать сообщение Турции (с целью приостановки ее планов в Ливии и в Восточном Средиземноморье). И понятно, что этот «кто-то» – это Россия, Франция и ОАЭ».
Все названные страны сегодня представляют для Анкары проблему в рамках реализации ее амбиций: Россия – в Сирии и Ливии, Франция – в Ливии, а ОАЭ – на Ближнем Востоке вообще. Надо сказать, что такие оценки – не просто пропаганда, а часть реальной политической жизни Турции и мотиватор тех или иных решений.
Конспирологическое восприятие ситуации со стороны Анкары в скором времени будет отягощено тем, что потеря Баку важных позиций на границе перестанет быть секретом внутри Азербайджана и в Турции. Это позиции, которые усилиями турецких и азербайджанских СМИ уже представлены в качестве улучшающих видимость территории транзита нефти и газа для армянских вооруженных сил. Ввиду этого нельзя ожидать, что события Товузе останутся локальным инцидентом, после которого стороны будут несколько лет жить в режиме относительного затишья.
Реакция Анкары и Баку, а также повышающееся внутреннее давление в обеих странах (в Турции оно имеет, в основном, социально-экономическое измерение), скорее всего, приведут к новому напряжению на армяно-азербайджанской границе. Прежде всего, на таких участках, на которых прямое участие турецких вооруженных сил может показаться «технически» естественным. Речь о нахичеванском участке, вдоль которого у азербайджанской стороны есть несколько доминирующих позиций, позволяющих ей сравнительно безболезненно показать свое военное превосходство. Кроме того, Нахичевань – единственная приграничная с Турцией территория Азербайджана, на которой, по некоторым данным, расположены также и турецкие вооруженные силы, что представит успехи на этом отрезке в качестве доказательства надежности союза и братства между двумя странами.

Новости | О проекте | Контакты
Сайт изготовлен в студии ProDesign.
Информация о сайте